Замена объекта

Может, он и в самом деле не имеет отношения к убийству Аллы Сороченко и возле театра вчера был не он? А может, успешно притворяется.

- Будьте любезны ваш паспорт, - обратился я к нему.

Павлик нехотя отлип от стены и вяло выполз из комнаты. С мебелью и впрямь было напряженно, посему документы пока хранились, вероятно, в кухне в коробке. Или он носит паспорт с собой в кармане куртки. К сожалению, в прихожей никакой вешалки я не увидел, там были только пустые стены и обувь на полу, так что впору было сделать вывод, что верхняя одежда тоже складывается где-то в районе кухни. Жаль, конечно, что одежду мне увидеть не пришлось, все-таки какое-никакое описание куртки, в которой накануне видели неустановленного молодого человека возле театра, у меня было, и можно было бы сделать первые прикидки. Впрочем, это работа не моя, а оперативников, а мне не велено соваться туда, куда не велено. Вот она, горькая доля участковых… Впрочем, кому, может, и горькая, а мне в самый раз, я за раскрытиями никогда не гнался, и ежели чего удавалось нарыть - с легкой душой отдавал операм. Им - галочки в отчетность, мне - нагоняи от начальства за отсутствие показателей участия в раскрытии преступлений и розыске преступников, но операм галочки нужнее, а мне от взбучек ни жарко ни холодно, я давно отучился быть трепетным.

Павел принес паспорт, и дальше разговор пошел привычным порядком: вопрос - ответ, вопрос - ответ, запись в журнал, запись в блокнот. В журнал шло то, что предписано инструкцией, в блокнот - то, что интересует лично меня. Минут через десять я почувствовал, что пришло время снова вернуться к Алле, но не напрямую.

- Анташев, Анташев… - я изобразил усиленную работу мысли. - Вы на моем участке раньше не проживали?

- Откуда я знаю, где ваш участок? - задал Павел встречный вопрос, который по интонации был скорее похож на попытку огрызнуться. Ах ты, огрызок сопливый!

Марина Григорьевна постаралась исправить положение. Вообще она, похоже, тетка нормальная.

- Мы раньше не в этом районе жили, - вежливо сказала она, - мы с сыном жили в Марьине, я и теперь там живу.

- Странно, откуда же мне ваша фамилия знакома? Фамилия редкая, бескоренная, я имею в виду - с точки зрения русского языка. Но я совершенно точно где-то ее слышал… Это ваша девичья фамилия? - обратился я к матери.

- Нет, это фамилия мужа. Мы в разводе.

- Вон что… Так, может, ваш муж здесь проживал? Не знаете?

- Не знаю, - она пожала плечами. - Пока мы были женаты, у нас была квартира на Малой Бронной, а где он жил до этого, я не очень в курсе. Может быть, и в вашем районе. Но в то время вы вряд ли могли работать участковым, это было больше двадцати лет назад.

- Это да, - согласился я с ее безупречной логикой. - Двадцать лет назад я еще в школе учился. А вот насчет Аллы я хотел еще спросить.