Замена объекта

Кстати, на ее стихи писали романсы Глинка, Даргомыжский, Глиэр… Ты хоть знаешь, кто такой Глиэр? - не удержался я от подначки.

- Знаю. «Медный всадник», - огрызнулась Света. - Нечего меня мордой тыкать в мою необразованность, не у всех же папа с мамой музыканты. У меня, например, родители были балетные, поэтому вот как раз балет «Медный всадник» я и знаю. А ты у нас все больше по вокалу.

- Ладно, не злись. - Я чмокнул ее в упругую щеку, вдохнул запах хороших духов и сладко зажмурился.

У нас со Светкой во многом, да почти во всем вкусы были разными, но что касается духов - тут они полностью совпадали. От нее всегда пахло так, как мне нравится.

- Между прочим, Юлия Валериановна родилась, когда Пушкину было всего двадцать пять лет, а умерла, когда дедушка Ленин уже в гимназии учился. Представляешь, какую жизнь она прожила? Всего-то шестьдесят лет, а в них уместились и декабристы, и отмена крепостного права, и народовольцы. Мне отсюда, из двадцать первого века, кажется, что это были совершенно разные эпохи, а если вдуматься - одна жизнь, даже не самая долгая. Все, Светик, я потопал, спасибо за обед.

- Погоди!

- Ну, что?"

"- Погоди, Игорек, у меня на тебя было три пальца загнуто. Два я разогнула, спросила про стихи и выяснила насчет вчерашнего скандала с Владимиром Николаевичем. Остался третий. Черт, не могу вспомнить, что же я хотела.

Моя подруга Светка Безрядина состоит сплошняком из одних достоинств, кое-где перемежающихся недостатками. Даже не недостатками, а мелкими, малозначительными дефектиками, одним из которых является ее патологическая неспособность запоминать, о чем она хотела спросить или поговорить с человеком. Я когда-то давно посоветовал ей загибать пальцы по количеству вопросов, которые нужно задать, или тем, подлежащих обсуждению. Ну в самом деле, зачем запоминать так много, когда можно один раз сосредоточиться, посчитать и потом держать в памяти только одно число. Это куда проще и достаточно эффективно, во всяком случае, когда понимаешь, что обсудила два вопроса, а пальцев загибала целых три, то напрягаешься и вспоминаешь, о чем был третий палец, а если не помнить, что их было три, так и вовсе забудешь навсегда.

- Вспомнишь - позвони, мне бежать пора, - я взялся за ручку двери. - Надеюсь, это не жизненно важно?

- Я тоже надеюсь, - удрученно вздохнула Света.

- Но ты хотя бы вспомни: это ты сама хотела спросить или тебя кто-то попросил?

- Да не помню я, - она с досадой тряхнула пышными кудрями. - Что же я за курица такая безмозглая, а, Игорек?

- Светка, ты лучше всех на свете, - искренне утешил я любимую соседку. - Я тебя обожаю.

Выйдя из подъезда, я заскочил к себе проверить зверей.