Сверхсекретный объект

Антон Бондаренко, стоя возле уничтоженного диверсантами БТР, указал рукой себе под ноги, затем обвел ею вокруг взорванного бронетранспортера и произнес:

– Здесь пятеро наших. Судя по всему, из боевого охранения. Все мертвые. Множественные переломы, гематомы, ожоги и ссадины. Видимо, погибли при взрыве. И еще... – Бондаренко закусил губу и замолчал.

– Не тяни! – потребовал у него Кудрявцев. – Мы не в бирюльки играем!

– Останки одного из пилотов, – через силу выдавил капитан. – Даже не останки, а клочья человека и летной формы. Видимо, из него сделали «отмычку» – обмотали взрывчаткой, а затем взорвали вместе с бойцами боевого охранения.

– Тихо! – вдруг пронзительно крикнул лейтенант, забравшийся на БТР.

Все «каскадовцы» разом повернулись в его сторону. А лейтенант, склонившись к броне, припал ухом к щели башенного люка. Спустя секунду он распрямился и, глотая слова от радостного возбуждения, прошептал:

– Там, внутри... похоже, живой...

Несмотря на шепот лейтенанта, его слова были услышаны, и трое ближайших к нему «каскадовцев», включая капитана Бондаренко, бросились на БТР. Вчетвером они сорвали крышку башенного люка и тогда уже отчетливо услышали доносившиеся из люка слабые стоны. Лейтенант, первым взобравшийся на БТР, нырнул в люк и вскоре подал в руки своим товарищам тело контуженого, но живого башенного стрелка. Лицо солдата было разбито в кровь, кровь текла у него и из ушей. Он ничего не видел и не слышал и вряд ли вообще понимал, что с ним происходит. Бондаренко быстро осмотрел его тело, прощупав кости, и радостно объявил:

– Переломов, ранений и прочих серьезных повреждений, кроме контузии, нет! Жить будет!

Но эту радость омрачили слова выглянувшего из люка лейтенанта:

– Механик-водитель на своем месте. Мертвый. Осколочное ранение в шею и в голову.

– Здесь еще трое убитых, – вторя лейтенанту, отозвался один из «каскадовцев», осматривающий долину. – Майор, старший лейтенант и рядовой... Нет, пятеро, – поправился боец. – Еще старший сержант с проломленным черепом и сержант с огнестрелом в голову.

Кудрявцев подбежал к нему и осмотрел лежащие на земле тела. «Майор, конечно же, командир боевого расчета комплекса, а сержанты, очевидно, водители ракетной установки. Значит, сама установка захвачена диверсантами!» Кудрявцев наклонился к земле и пошел вперед, внимательно глядя себе под ноги. Валявшаяся в стороне от тела погибшего старшего сержанта дверь водительской кабины, сорванная взрывом с ракетного тягача, лишь на пару секунд привлекла его внимание. Зато две параллельные полосы свежепримятой травы, в полметра шириной каждая, Кудрявцев осматривал долго и тщательно.