Объект 217

И уже лежавшей перетянула запястья так, что они на глазах начали синеть. Довольная работой, улыбнулась.

– Старшина! Глаз не спускать. При попытке освобождения или побега – стрелять на поражение.

– Слушаюсь, товарищ капитан, – не вставая, лежа отдал честь старшина. Передернул затвор автомата.

Бубенец с Ниной отошли на пару шагов. Вместе, как семейная пара, покопались в вещмешке капитана. Для себя командир достал фотоаппарат, повесил на шею. Блокнот и карандаш засунул в карман гимнастерки, но так, чтобы были видны и выдавали профессию газетчика. В довершение, уже для самых непонятливых, подцепил на нос круглые очки. А вот чтобы оправдать свою выправку и сообразительность, привинтил к гимнастерке орден Красной Звезды.

Нине достались легкие полусапожки, красная косынка и свернутые в трубочку грамоты. В последний момент капитан снял с пояса и запрятал штык-нож – слишком уж он не вязался с образом хоть и награжденного, но интеллигентного журналиста.

Контрольно оглянувшись на Эльзу и старшину, парочка растворилась среди листвы.

Выждав несколько мгновений, Леша сердобольно помог Эльзе сесть поудобнее, открыл фляжку. Раненая жадно, обливаясь, сделала несколько глотков воды. Оглядевшись, все еще боясь быть застигнутым за неподобающим для охранника занятием, старшина вытер девушке подбородок и лишь после этого чуть-чуть ослабил узел и уселся напротив с автоматом на изготовку.

– Спасибо, – искренне поблагодарила Эльза. – Твои друзья деликатностью не отличаются. – После полученной помощи посчитала возможным перейти на более доверительные отношения раненая.

– Они командиры, – пояснил поведение друзей Леша. – А как говорил Дитрих Эккарт, «вождь должен быть один». Вот и они никого не слушают.

– Ты… знаешь любимого поэта фюрера? – встрепенувшись, удивилась пленница. Откровение охранника внесло окончательную сумятицу в происходящее.

– Я просто люблю немецкую литературу, историю. От мамы. Она… Я с Поволжья, – дал намек на свое происхождение старшина.

– Кто… вы?

Этот вопрос был слишком конкретен, и Леша постарался закончить сближение и перевести разговор на нейтральные темы, перейдя на официальное «вы»:

– Приказали завернуть по вашу душу. Удобно?

Подчистил землю под спиной Эльзы, выбросив мелкие камешки и сучья деревьев. Тщательно, интеллигентно вытер после этого платочком руки. Этот машинальный жест конвоира так разительно отличался от поведения капитана и пнувшей ее ногой Нины, что Эльза все же осмелилась поинтересоваться своей дальнейшей судьбой:

– Что вы хотите со мной сделать?

Старшина пожал плечами, но, посчитав, что не раскрывает никакой тайны, сообщил:

– Приказ простой – переправить вас через линию фронта. Там почему-то очень хотят с вами побеседовать.