Обаятельное чудовище

Один. Она накрыла меня моей рубашкой, но мое тело, лишенное ее тепла рядом, теперь протестующе отметает остатки сна.

— Марта? — Я сажусь и оглядываю кабинет.

Никого. Трясу головой, чтобы проснуться окончательно. Взгляд выхватывает из темноты мое белье и джинсы, которые она заботливо сложила на подлокотник дивана. «Наверное, вышла, чтобы принести нам чего-нибудь перекусить или выпить?» — приходит в голову мысль. Но сознание почему-то снова окутывает паникой. Нет, она ушла. Ее нет.

Я сажусь, тянусь за одеждой, спешно натягиваю ее на себя. Встаю, надеваю обувь, включаю свет. «Что будет, если позвонить ей?» Наверное, посмеется надо мной. Решит, что проснулся, не нашел ее и испугался. Нужно подождать пару минут — вдруг она, и правда, вышла ненадолго?

Я пытаюсь успокоиться, меряя шагами кабинет. И вдруг замираю, когда взгляд случайно падает на документы, лежащие на столе. Подхожу, беру их и быстро пробегаю глазами по строчкам. У меня перехватывает дыхание. Сердце бьется где-то в горле. Чтобы удостовериться, снова перечитываю договор, проверяю остальные документы.

Она вернула мне долю Мишани. Весь клуб теперь принадлежит мне.

Я отбрасываю бумаги обратно на стол и судорожно набираю ее номер. «Абонент вне зоны доступа». Еще раз и еще.

Она ушла, оставив мне эти документы.

От осознания этого факта мой мир беспомощно разлетается вдребезги.

Я продолжаю набирать ее номер, понимая, что все бесполезно. Наверное, это предчувствие, ведь я не знаю точно, почему и куда она ушла. Но сердце ощущает приближение беды.

Я спускаюсь и ищу Марту в клубе. Спрашиваю, видел ли кто ее. Но никто из персонала не может ответить мне вразумительно. Тогда я бегу и ищу ее в остальных помещениях здания.

— Да. — Говорит Дашка, собираясь домой в своем кабинете. — Видела Марту пару часов назад. Она еще обняла меня так крепко… А что, что-то случилось?

— Ничего. — Я хлопаю дверью и бегу дальше.

Никита занят на входе в клуб, Вадика я нахожу на пульте охраны, где он говорит с кем-то по телефону.

— О, шеф. — Заметив меня, он завершает разговор и тянется за листом бумаги.

— Выяснил что-нибудь?

— В общем, немного. — Вадим расправляет края листа и протягивает мне. — Коротаев Станислав. Обычный парень. Неполная семья, дважды привлекался по малолетке, в девятнадцать присел за распространение наркотиков.

— Все? — Я беру из его рук листок и быстро пробегаю по нему глазами.

— Нет. — Вадик чешет затылок.

— Его мать — Инна Коротаева. Сейчас ее фамилия Кауффман. Значит, он нашей Марте Яковлевне родственником приходится.

— Родственником… — задумчиво повторяю я.

— Пустите! Пусти, я сказал! — Отвлекает нас грозный окрик.

Вадик первым выходит в коридор, чтобы посмотреть, что за шум.