Обаятельное чудовище

 — Приказываю я.

Разворачиваюсь и возвращаюсь в клуб.

Прежде, чем я успеваю подойти ближе, вижу, как к ней подсаживается этот Игорь. Если бы не шапка кудрявых волос, то вряд ли бы я его узнал. В обычной одежде, без красных труселей-ниточек, без кожаного комбинезона и масла на коже, которым обычно щедро смазано все его тело.

Парень придвигает высокий стул и подсаживается к ней совсем близко. Я притормаживаю, позволяя себе вдоволь насладиться этой картиной. Стриптизер что-то шепчет ей на ухо, а Марта смеется. Их плечи соприкасаются, локти трутся друг о друга. Я вижу, как она запрокидывает голову, смеясь над его очередной шуткой, и мне будто внутренности кромсают ржавыми ножницами.

Вот тут стоило бы успокоиться. На этом моменте стоило бы откровенно порадоваться, что у этой девушки ко мне нет никаких претензий, и что она весело проводит время в компании другого мужчины. Она с другим, а я волен иметь связь со столькими женщинами, со сколькими захочу.

Но, мать вашу, отчего же мне так хреново?!

Почему меня шатает от ревности? Почему хочется разорвать этого кудрявого голыми руками? Хочется обнять Марту, клеймить ее собой, хочется дать понять целому миру, что никто не смеет даже смотреть на эту женщину вот таким… бессовестным взглядом, который безошибочно, даже сквозь одежду оценивает сейчас прелести ее фигуры!

— Поговорим? — Я склоняюсь над ней как раз в тот момент, когда она кокетливо заправляет прядь волос за ухо.

И мне плевать, даже если между ними просто вежливое общение! Меня кроет и душит от вспыхнувшего внутри чувства. Мне нужно крушить и ломать. Мне нужно увести ее отсюда и поговорить!

— Тим? — Выдыхает она. Улыбка сползает с ее лица. — Мы тут…

Я не смотрю в сторону ее ухажера. Боюсь, что увижу его самодовольную харю, и мой кулак нечаянно соскользнет по ней по касательной.

— Выйдем, поговорим? — Прошу я.

И, видимо, что-то такое в моем голосе заставляет ее кивнуть.

— Прости, — пытается улыбнуться она Игорю.

Стекает со стула вниз и устремляется за мной. Только выйдя в коридор из шумного зала, я вдруг понимаю, что тяну ее за руку, точно на буксире. У меня столько эмоций, что я почти себя не контролирую.

— Тим, я… — хочет что-то сказать Марта.

— Не здесь! — Рявкаю я, увлекая ее за собой.

Мое сердце громыхает в такт беспомощному стуку ее каблучков по каменному полу. Она старается поспевать за мной, а я свободной рукой шарю в кармане, в котором спрятан ключ. Мы останавливаемся у двери, я вставляю ключ в замочную скважину, отпираю ее и пропускаю Марту внутрь.

— Включи свет, — просит девушка.

Ее голос печален и тих.

Хлопает дверь, щелкает замок — это я его закрываю.

— Нет. — Не даю ей включить свет.

Перехватываю ее руку, тяну на себя и кладу ладонью на свою грудь.