О Небесах, о мире духов и об аде

В том и другом царстве есть такие предметы, что всякий, размыслив внутренне, легко убедится в их происхождении от небесного начала; из бесчисленного количества данных возьмем немногое для пояснения. Начнем с животного царства. Всем известно, какое удивительное знание дано каждому животному от рождения. Пчелы знают, как собирать мед на цветах и как строить из воска те ячейки, в которых они хранят свой мед, чтоб таким способом себя и своих снабдить пищей на предстоящую зиму. Их самка кладет яйца, а другие при этом прислуживают ей и замазывают их, чтоб родилось новое поколение. Они живут под каким-то управлением, образ которого им всем известен от рождения; полезных членов общины сохраняют, а бесполезных исключают, лишая их крыльев. Кроме того, в их управлении есть еще много чудного, данного им свыше ради службы: так, воск их служит для освещения целому роду человеческому, а мед их - для подслащения пищи. Каких чудес не видим мы в жизни гусениц, которые стоят на низшей ступени животного царства! Они умеют питаться соком листьев известных им растений, затем в определенный срок запрядаться в оболочку (куколку), в которой сидят, как бы в утробе, возрождая таким образом породу свою. Некоторые из них превращаются сперва в личинки и златницы и прядут ткань; по окончании работы облекаются в другое тело и украшаются крыльями; летают по воздуху, как бы в своих небесах, совершают браки, кладут яички и заботятся о своем потомстве. Кроме этих особенностей, все вообще животные, летающие по воздуху, не только знают пищу, которой им следует питаться, но даже и где ее найти; умеют, каждая порода по-своему, вить себе гнезда, класть в них яйца, высиживать их, выводить своих птенцов, кормить их и, наконец, когда они окрылятся, выгонять их из гнезда. Они также знают, каких врагов им избегать и с какими товарищами им водиться; все это знают они от самого детства. Не говорю уже про их яйца, в которых все готово в должном порядке для образования и питания зачинающегося птенца; умолчу также и о многих других чудесах природы, потому что их не исчислить. Кто после этого, мысля хоть несколько по здравому рассудку, скажет, что все эти чудеса не от духовного мира, которому природный служит телесной оболочкой, или для того, чтоб духовную причину представить в ее вещественном проявлении? Человек, несмотря на то что он много выше всех животных, обитающих землю и воздух, не родится, подобно им, с полным знанием необходимой для него науки, потому что животные живут в законах порядка своей жизни и за неимением рассудка не могут разрушить в себе того, что им дано из духовного мира.