О вкусах не спорят, о вкусах кричат

Вот в один из таких вечеров я и выяснила один из давно занимающих меня вопросов.

Мы сидели на шкурах перед камином в обнимку, и я водила пальцем по шрамам на лице Ринтара, положив голову ему на плечо.

– Почему они тебя не отвращают от меня? – неожиданно услышала я.

Удивленно приподнявшись, я посмотрела принцу прямо в лицо:

– С чего такой вопрос?

– Просто ты всегда уделяешь им повышенное внимание.

– Мне они больше всего нравятся в твоей внешности.

Теперь Ринтар удивленно смотрел на меня.

– Почему?

– Они такие мужественные.

Некоторое время суженый молчал, а потом послышалось бормотание:

– Не зря отец предупреждал, что женщин не понять.

На это я лишь рассмеялась, а потом задала уже давно мучающий меня вопрос:

– Как они у тебя появились?

– А я все думал, когда ты спросишь. Получил эти шрамы я в юношестве. Когда мое животное только пробудилось и все поняли, насколько оно сильное, многие в империи захотели, чтобы я умер намного раньше срока, отведенного мне свыше. Увы, до определенного возраста поединки за власть запрещены. Но не всем нравилось такое положение вещей, и кто-то, раздобыв клинок-артефакт, решил совершить покушение.

– И часто среди темных бывает подобная подлость?"

"– Редко, но случается. И вот, прокравшись ночью в мою комнату, взрослый темный напал. Я всегда сплю очень чутко, поэтому успел увернуться. Завязалась драка. В первые же секунды я понял, что сильнее, но он был опытнее. Единственное решение было подставиться, чтобы наиболее эффективно применить силу. В итоге он располосовал мне лицо, а я вырвал ему сердце.

– И после этого говорят, что черные маги жестоки…

– Борьба за власть всегда жестока.

– Кто пытался тебя убить?

– Мой двоюродный брат и наставник.

Я в шоке молчала.

– Ребенка своего вида темный не может убить, а тут только взрослым стал, как не воспользоваться возможностью? Зато долгое время эти шрамы напоминали мне о том, что предать может любой.

Прижавшись к нему, я сказала:

– Нет, не каждый.

И он, помолчав некоторое время, подтвердил:

– Не каждый, – и крепче сжал кольцо рук вокруг меня.

– Кстати, теперь пусть шрамы напоминают тебе про нашу любовь. Ведь у меня именно с них все и началось.

С улыбкой покосившись в мою сторону, меня поцеловали так, что я обо всем забыла.

В тот момент я была твердо уверена, что – да, любовь спасет мир!

Не знаю, может, наше поведение, если посмотреть со стороны, и изменилось. Я этого как-то не заметила. Но братья Ринтара, где бы нас ни встречали, постоянно улыбались. Меня их поведение начало нервировать.

Помещение для брачного агентства мы нашли в бедном районе города, но особняк идеально нам подходил.