О вкусах не спорят, о вкусах кричат

Убедившись, что все прониклись сказанным, я отправилась к Верховному Магистру. Увидев в его кабинете всех потенциальных невест Темного принца, я почувствовала недоброе.

– А вот и вы, магистр Хос. Проходите, проходите…

Вид у Верховного был довольно затравленный. Та-а-ак…

– Ну вот… В общем, всем остальным преподавателям Академии я уже сказал. Теперь вам. Будет еще дополнительная информация. М-да… У меня с его высочеством Ринтаром кэ Онтеро вчера после бала состоялся интереснейший разговор. Его высочество напомнил мне о нашем законе, по которому не только учащиеся должны сдавать нормативы и поддерживать себя в отличной форме, но и преподаватели. В связи с его… мм… замечанием, направленным в Совет, было вынесено решение о ежедневных тренировках.

Я мысленно зарычала.

– А так как его высочество теряется при выборе невесты из такого количества прекрасных девушек, он и попросил меня и Совет поспособствовать ему в скорейшем решении этой задачи. В общем, вы будете участвовать в конкурсах и демонстрировать свои таланты.

Гад! Какой же он… Просто…

Решил, значит, отомстить? О талантливейшая, о прекраснейшая… Лицедей! Господи, какое унижение! Как будто я в огромной толпе его поклонниц борюсь за сердце прекрасного принца самыми последними средствами. Да пошел он в…

Вынырнув из своих мыслей, я посмотрела на остальных. Девушки кричали, возмущались, но, что было забавным, возмущение вызывали только физические нагрузки.

Повернувшись к Верховному Магистру, я спросила:

– Отказаться можно?

В комнате повисла тишина, данный вопрос интересовал всех.

– Физические упражнения мы снова упраздним после того, как уедет принц. Но в конкурсах придется участвовать всем. Если Совет не пойдет навстречу императорской семье, то империя получит возможность заявить, что Община не хочет выполнять договор. Подобного мы допустить не можем. Это приказ не преподавателям, а специалистам.

То есть приказ власти, а не начальника. Хорошо, поиграем.

Выслушав ответ магистра, я поднялась и вышла. Больше мне здесь делать нечего. Но Совету я припомню этот день. Какая ирония! Я столько лет трудилась, не жалея здоровья и времени, чтобы стать тем, кто я есть. Чтобы меня никто не смог обидеть или унизить, чтобы я сама распоряжалась своей жизнью. Но, видимо, выше головы не прыгнешь, и стоит утешаться тем, что теперь меня унижают великие люди. Хотя, как я теперь понимаю, император это или булочник, значения не имеет. Спасибо его высочеству за этот урок.

Утро. Пять часов тридцать минут.

А я уже подхожу к стадиону, на котором буду поддерживать себя в форме. Кто бы меня поддержал, когда я здесь упаду. Настроение было – можно гаже, да некуда. Рядом шла Кристиана.

– Натаниэлла, мне страшно находиться рядом с тобой.

– Не находись.