Перри Мейсон: Дело о рисковой вдове. Дело о сумочке вымогательницы

Мне не следовало и близко подпускать Белгрейда к этому делу. Но давай кончать с плохими новостями. Переходим к хорошим. У меня есть кое-что, что поможет нам выпутаться.

Дрейк посмотрел на Маннинга.

– Разворачивайся, Артур, чтобы мистер Мейсон мог видеть твое лицо. Я сейчас задам тебе несколько вопросов и хочу, чтобы ты…

– Я сам могу все рассказать, – с готовностью заговорил Маннинг. – А после этого вы уже…

– Нет, – перебил Дрейк. – Я буду задавать тебе вопросы. Тебе же предстоит выступать в суде, давать показания на заседании Большого жюри. Надо, чтобы мистер Мейсон посмотрел, как ты справишься в подобной ситуации. Поэтому я буду спрашивать, а ты отвечать.

– Хорошо, спрашивайте, – ухмыльнулся Маннинг.

– Сколько времени ты работаешь в плавучем казино?

– С того времени, как появилось это игорное заведение.

– И ты был в дружеских отношениях с Грибом и не очень хороших с Дунканом?

– Не совсем так. Сначала я был связан именно с Дунканом. Это он предложил мне работу. Но Дункан решал вопросы на берегу. Внутренними делами занимался Гриб. Большую часть времени Дункан проводил в городе – организовывал закупки всего необходимого, рекламу, заключал договоры с владельцами катеров, следил за тем, чтобы катера вообще могли возить к нам клиентов. А то иногда политики в прибрежных городах принимают законы и добиваются принятия постановлений, в результате которых лодочники лишаются работы. Вот такими делами занимался Дункан. А я, естественно, все больше и больше контактировал Сэмом Грибом. Потом они начали ссориться по пустякам, я пытался сохранить нейтралитет. Постепенно я понял, что Дункан сторонится меня, а Гриб, наоборот, доверял мне все больше и больше. Я пытался вести себя так, чтобы все это не зашло слишком далеко, – мне не хотелось, чтобы они оба стали моими врагами. Но в конце концов я решил, что верх одержит Гриб, потому что деньгами распоряжался он.

– Кто, по-твоему, убил Гриба? – спросил Дрейк, бросая многозначительный взгляд на Мейсона.

– Почему ты так считаешь? – задал Дрейк следующий вопрос.

– У Гриба и Дункана были долговые расписки, подписанные Сильвией Оксман. Гриб хотел продать их подороже, а не по номиналу – если получится. Он считал, что Фрэнк Оксман заплатит за них какую-то сумму сверху, только чтобы завладеть ими. Дункан хотел получить за эти расписки наличные, потому что Дункан собирался расторгнуть партнерство, и считал, что гораздо удобнее делить купюры, а не расписки. Поэтому вчера во второй половине дня Дункан с Грибом очень сильно ругались по этому поводу. Дункан заставил Гриба пообещать, что к семи вечера Гриб получит наличные за эти расписки. Гриб собирался получить за них что-то сверху, если удастся, а если нет, то отдать их по номиналу.