Media Sapiens. Повесть о третьем сроке

Их любознательность – настоящая находка для исследователей, – Дроздов вынул из кармана мягкую игрушку в виде пушистого розового кролика и аккуратно положил на камень перед игуанами. Игуаны некоторое время наблюдали за кроликом, затем по одной подползли к нему. Самая бесстрашная игуана потрогала его лапой. Убедившись, что опасности нет, все трое улеглись рядом с ним. На мордах игуан нарисовалось блаженство.

– Кролик – очень хорошая игрушка. Он не может причинить вреда игуанам. Они придут сюда завтра и так же лягут рядом с ним.

За спиной Дроздова день быстро сменился ночью, затем снова наступил день, и после нескольких смен кадров я снова увидел игуан, лежащих рядом с кроликом.

– Они, кажется, привыкли, – резюмировал я.

– Точно. Проведём эксперимент. – Дроздов вытащил из кармана огромную лупу и поставил её между мордой кролика и игуанами. Через лупу на меня и игуан смотрели огромные глаза и два жёлтых резца. Всё это напоминало сцену из фильма «Маска», когда на собаку надели маску древнего божества и она внезапно превратилась в крокодила. Ящерицы бросились врассыпную. Дроздов убрал лупу в карман.

– Кажется, ничего не изменилось, правда, Антон? Кролик остался прежним, но ящерицы больше не придут сюда греться…

– Спецэффекты. Чистый Голливуд – не ожидал от вас такого.

– Никакого Голливуда. В тебе, во мне, во всех нас есть разные черты. Выставив напоказ лучшие из них, мы кажемся добрыми. Выставив худшие – кажемся злыми. Но меняемся ли мы сами от этого? Становимся ли мы злее или добрее?

– Шельмовство фокусника, – тихо сказал я, поражённый простотой открытия.

– Мы называем это масштабированием нужных деталей.

– Стойте, стойте. Я понял. Мы сумели их напугать. Но цель-то была другая!

– Антон, ты очень торопишься. Это хорошо для быстрого просмотра анкет на сайте знакомств, но не для исследователя.

Я смутился и даже хотел пуститься в полемику по поводу «Незнакомки», но передумал, ощутив себя стоящим на пороге близкой развязки.

Дроздов пошёл куда-то в кусты и вытащил оттуда трясущую головой игуану.

– Она в стрессе, малышка. Пойдём, пойдём, напугал тебя зайчик."

"Он шагнул обратно в студию и подошёл к груде камней, которую я сначала не заметил. Положив на камни игуану, он погладил её, приговаривая:

– Все хорошо, все хорошо, принцесса. Сейчас солнышко выглянет и Гоша придёт. Познакомишься с Гошей?

Дроздов подошёл к стене, нажал на клавишу, и над камнями зажглась яркая лампа дневного света.

– Вот и солнышко вышло. Тепло, ярко. Тебе нравится, принцесса?

Игуана посмотрела на него, потом на меня, потом подняла глаза к лампе и довольно прищурилась.

– А вот и яркое московское солнце… – вырвалось у меня.

Откуда-то сбоку выполз Гоша. Медленно продвинулся к камню. Затем взобрался на него.