О смертельных схватках и их победителях (СИ)

Несколько тонких на вид недорогих колец по стоимости значительно превосходили огромное бриллиантовое ожерелье, почти сокрывшее шею и грудь вдовствующей королевы. Королева, заметив мой интерес к ее кольцам, подозрительно прищурилась — я мгновенно отвела глаза, натолкнулась на внимательный взгляд лорда Гаэр-аша и неожиданно для себя улыбнулась, сделав самый честный вид при этом.

— О моем предупреждении помнишь? — спокойно спросил глава Некроса.

Я сходу поняла, что он имеет в виду мои знания артефактора и покорно кивнула. Остальные адепты хранили молчание, слова: «Очень жаль, что вы все в курсе способностей Риаллин в артефакторике. Но если кто-либо проболтается об этом вне стен данного дома — вырву язык» явно все еще звучали в ушах у всех.

К слову все как-то резко вспомнили, о приказе ректора «За стол, живо!», так что едва он усадил королеву во главе стола, все резко позанимали места — я подальше от «бабушки», и вследствие этого оказалась ближе к ректору, который занял противоположный от гостьи конец. От ректора меня отделял только Эдвин, который неожиданно сел рядом, с другой стороны с некоторой заминкой устроился Норт, напротив Дан — четверке из всеобщей академии сильно не повезло, потому как едва сели, королева ехидно заметила:"

"— Вы слишком рано схватились за ложку, молодой человек, блюдо ведь еще не подали.

Гаэр-аш глянул на бабушку через стол, но комментировать не стал, вернулся к чтению письма. Мы все сочувственно посмотрели на Заэна, которому и досталось, и получили тоже:

— Жалость среди некромантов наиболее оскорбительное чувство. Как же мило вы только что унизили юношу, адепты.

Мы все тут же уставились в свои пустые тарелки, причем уставились молча. И ведь на вид такая милая бабушка — светлые локоны с проседью, миндалевидные черные глаза, разве что нос островат и великоват, а так в жизни бы не сказала, что характер мерзкий.

Открылась дверь, вошла вереница слуг с блюдами, мужчины приблизились к столу, каждый встал за правым плечом сидящего, и разом разместили перед нами тарелки с супом, но есть никто из нас не торопился. И мне, далекой от этикета и правил поведения в достойных домах, подобное было удивительно, ровно до момента как «бабушка ректора» которую нам не представили, брезгливо не взяла ложку, набрала капельку супа, поднесла ко рту, попробовала и произнесла:

— Недурственно. Весьма недурственно, для трактира на дороге. Артан, какой же гадостью ты кормишь своих гостей?! Что это?

Лорд Гаэр-аш, изогнув бровь, насмешливо ответил:

— Мне сложно ответить на ваш вопрос, бабушка.

— И в чем же сложность?! — леди возмущенно отбросила ложку.

Едва заметно улыбнувшись, ректор пояснил:

— Это ваш повар. Вы его отправили в мой дом вместе со штатом слуг.