О смертельных схватках и их победителях (СИ)

— Там забавно было, — Норт улыбнулся мне, — он ради ее внимания пару раз кладбище поднял.

— И помогло? — с нескрываемым сомнением спросила я.

— Нет, но Рханэ добил убойным подниманием дракона, кстати, первым в истории, изобретя формулу подчинения ящерообразной нежити. Я свою гештьяру этим заклинанием подчинял.

Из всего этого я поняла мало что, но почему-то ведьму стало жаль. С другой стороны ведьмы за абы кого замуж не выходят, у них вообще замуж выходить не особо принято.

Дочитав послание, Норт сжег его, предварительно предупредив меня чтобы я не пугалась, и мы все вернулись к завтраку. Вообще ожидалось, что после завтрака будем готовиться к посадке, и теперь, когда выяснилось, что торчать нам тут еще до вечера, настроение как-то стремительно испортилось.

Не помогло даже лицезрение того, как трезвый Микола, пинками выгонял из нашего дилижанса Мзыря и Молнию, невзирая на их сопротивление. Выгнал, и те с воплями «Уа» полетели, точнее упали вниз, после чего поклонился нам, вежливо пожелал приятного дня и тоже покинул обитель игроков Мертвых игр.

А мы после его бахвальского «падения» с виражем, несколько минут сидели молча, глядя в дверной проем, за которым виднелись пушистые белые клубы облаков…

Потом Норт сказал:

— Мне нравится идея с падением.

— Да, оригинально будет, — согласился Эдвин.

— Чтобы так типа драконы падают, заходя в вираж, пролетают над толпой, закладывая второй вираж, в наивысшей точке замирают, и оттуда уже сходим мы по огненной лестнице, — мечтательно протянул Дан.

Все трое резко повернулись ко мне и Норт спросил:

— С сердцем договоришься?

— Даже не представляю как, — честно ответила ему.

Весь день мы думали «как?». К обеду мне нарисовали круг для тоннельного общения с подчиненной нежитью, примерно высчитав координаты Некроса и снабдив вычерченной схемой желаемого полета. После чего я, с кровоточащим пальцем (а без крови в деле тоннельного призыва никак), сидела и звала сердце Некроса. Звала, звала, звала и…

«Ну?!» — раздалось в моей голове холодное с очень знакомыми нотками.

«Кхм…» — протянул кто-то замогильно и незнакомо.

Кто-то жуткий.

У меня перемкнуло дыхание, и я замерла без звука и движения.

«Тааак, — нехорошо протянул ректор, — не знаю кому из вас в голову пришла эта идиотская идея, но отключайся немедленно!».

«Значит ты жива»… — еще более нехорошо протянул кто-то.

И я поняла, что они с ректором друг друга не слышат. А я слышала! И если слышать Гаэр-аша была совершенно не против, то этот второй голос…

«Простите, с кем имею честь?» — осторожно поинтересовалась я.

«Не смешно!» — резко ответил глава Некроса.

«Узнаешь, — угрожающе ответил второй. — Когда будешь испускать свой последний вздох».