Неидеальные. Откровения о любви (СИ)

Но вопрос не в этом, а в том, хотела бы я, чтобы он подбирал ко мне ключик?

— Так, может, не надо? — проговорила, напрочь забывая про фильм.

— А может, попробуем? — ответил негромко и очень интимно, затем руку мне подал. Я сжала ладонь и поднялась, когда чуть на себя потянул. Завороженная и подчиненная силой, но не жесткой и агрессивной, а магнетически притягательной. В нем мужское. Во мне женское. Никаких претензий, обид и разногласий, только будоражащий интерес.

Ярослав усадил меня на колени и потянулся ко мне. Я позволила поцеловать себя. И даже ответила. У него были напористые сухие губы со вкусом сладкого вина и грешной вседозволенности. Он изучал меня осторожно, практически целомудренно, но не долго: страсть вспыхнула, взъярилась, отзываясь густым возбуждением и во мне тоже. Мне в ягодицы упиралось недвусмысленное доказательство этого, а груди утонули в крупных ладонях.

Теперь Ярослав точно знал, что на мне не было бюстгальтера, но хотела бы я, чтобы убедился еще и в отсутствии трусиков? Вот Дима в курсе…

— Я не могу, — проговорила, разорвав поцелуй. — Не могу… Прости, что довела…

Как та самая Ольга из фильма. Неужели мне сейчас оторвут голову?"

"Я поняла, что не хочу. Что Ярослав не мой человек. Нет, мы могли бы прямо здесь заняться сексом и, уверена, я получила бы удовольствие, но это усложнило бы и без того непростое. У меня не было к нему никаких чувств, кроме благодарности. Там и близко нет безумного коктейля, что заставлял падать в губительные объятия Небесного в свое время. И нет легкости, что соединила со Стасом. Сомневаюсь, что Ярослав смиренно примет, что в моих мыслях и сердце не он, как это сделал Стас. После его откровений мы остались друзьями, но не любовниками. Слишком часто в его объятиях начала представлять другого…

— Я понял, — хрипло отозвался Ярослав. Это был момент истины: не принудит ли? Сильные и жесткие мужчины не любят отказов. — Досмотрим? — бросил напряженный взгляд на экран. Я попросила отвезти меня домой.

Открыла парадную дверь и тихонько проскользнула внутрь. Не дай бог кто-то из детей проснется (или оба!). Чувствовала себя слишком усталой: сейчас бы в горячую ванную с пеной, а потом сразу распаренной и сонной в постель. Чтобы ни единой мысли в голове до самого утра.

— О! — тихо воскликнула, заметив на диване в гостиной спящего Небесного. Он — мужчина крупный — и нога, и рука свисали до пола. Это было бы смешно, если бы не возмущало! Что он тут делает?! Дима не имел права тут спать, даже в отведенной ему спальне, не то что в гостиной! И вообще, я выгнала его!

— Черт! — буркнула и взяла с кресла мягкий плед. Подошла и укрыла его. Не будить же. На секунду задержала взгляд на длинных темных ресницах и расслабленных чувственных губах.