Неидеальные. Откровения о любви (СИ)

А мне не нужна!

— Нелли Владимировна, поверьте мне как руководителю: нужно уметь делегировать. Вам беречь себя нужно, лишняя пара рук и глаз не повредит.

— И ты туда же, — пробурчала и суп по тарелка разливать принялась. — Ты же первое будешь? Рассольник у нас.

— Буду, только руки помою и переоденусь.

Я поднялся наверх: мне была выделена гостевая спальня, но в ней ни разу не оставался, только кое-какие вещи разложил, чтобы удобно было с мелкими возиться, когда приезжал.

До своей комнаты не дошел, к Алене свернул. Дверь приоткрыта, яркий свет заливал коридор — я не выдержал, вошел. Остановился в центре, окидывая стройную фигуру жадным взглядом.

Хороша, как же хороша чертовка. Самая красивая женщина на свете! Она наряжалась и готовилась, но не для меня. Красивое платье, бледно-розового цвета, полностью закрытое, до самых икр, но обтягивало так возмутительно, что трусы с лифчиком вряд ли поместились!

Мой член моментально отреагировал, поднимая свирепую и очень голодную голову. А когда Алена повернулась, и я отчетливо заметил очертания сосков под тонкой тканью. Хрен встал, как гордый парус. И такой же одинокий.

— Чего тебе? — ровно поинтересовалась и, перекинув густые локоны на другое плечо, нанесла каплю духов за ушко и на запястье.

— Куда собираешься? — произнес хрипло, совершенно не скрывая, что у меня стоит. Пусть смотрит, до чего довела! И она видела, но никак не реагировала. Хоть бы глаза отвела или зарумянилась стыдливо. Ага, как же!

— На ужин.

— С кем, не скажешь?

— Почему не скажу? — тряхнула волосами, взбивая пушистое медное облако. — С мужчиной, — взяла сумочку и пошла к выходу. — Уложи детей спать, папочка, — и по-сестрински похлопала по плечу. У меня упало забрало! Резко выкинул руки и прижал к себе, ягодицами насаживая на исстрадавшийся член. Было так мучительно приятно, что готов кончить в трусы, как малолетний девственник!

— Пусти, мерзавец! — прошипела Алена, вырываясь.

— Отпущу, только проверю кое-что, — и запустил руку ей между ног: бедро бархатное погладил и промежности коснулся. В трусах. Ну слава богу! А какая горячая и влажная, утонуть в смазке можно. Тоже хочет. Течет ведь! Только сейчас эта дикая и полная страсти женщина уедет к другому, а я? Я?!

— Удовлетворен разведкой? — спросила насмешливо. Я только шумно сглотнул и убрал руки. Алена поправила платье повернулась и… въебала мне тяжелую пощечину. — Уложи детей и проваливай. В моем доме меня не будут лапать, ясно? — резко развернулась и вышла. Я завыл. Если бы рядом были псы, то они бы мне подпевали так же тоскливо.

Я смотрел, как Алена убегала от меня в ночь. Вот она рядом, но я не мог остановить ее. Она другая. Эту не принудить и не напугать. И я не хотел больше. Хотел, чтобы сама пришла. Желала. Стремилась. Любила.