О, мой док...

- Грязно играешь, детка, - оскалился он, приблизившись к моему лицу настолько, что я почувствовала на своих губах его дыхание. - Очень грязно… с тебя завтрак. Буду у тебя в пять.

Быстро коснулся губами моего виска и, пока я не отреагировала, скрылся за дверью.

Глава 10.

Сразу после ухода своего друга побрела в спальню, где тут же залезла под одеяло и уснула, ставшим для меня нормой, тяжёлым беспокойным сном.

Снилась мне, как и всегда, та же больница с серым потолком и жёлтыми на нём пятнами. Запах медикаментов, солёный вкус собственных слёз на губах и боль… дикая, не отпускающая ни на минуту и по сей день.

Этот сон мучил меня на протяжении нескольких лет, просыпаясь от которого я продолжала реветь уже наяву. Тот день, когда я решилась на самый тяжкий грех, всё повторялся и повторялся в моём воспаленном сознании. Мой мозг, словно насмехаясь, воспроизводил картинки тех первых минут после аборта и последствия моего чудовищного поступка. И мне некуда было убежать или спрятаться от самой себя, как бы я этого не желала. Мое наказание не имело срока давности. Оно не закончится никогда. Я знала, что оно будет длиться вечно… ведь я его заслужила.

Но вот что удивительно, эти кошмары мне снились лишь только, когда в моей реальной жизни появлялись трудности, которые истощали мою и без того измученную психику.

Что стало причиной моей нынешней агонии, я прекрасно понимала.

Ванька…

Или, если точнее, возникшая угроза его потерять. Та женщина, являющаяся его биологической матерью, могла выкинуть всё, что угодно. Мой страх был не беспочвенным. Я очень переживала и нервничала, и едва оставалась наедине с собой, как начинала себя грызть страшными мыслями.

Ночью было не легче. Сон, который должен был стать временным спасением от мучений, в моём случае только всё усугублял. В последнее время я днём и ночью была в напряжении, от которого едва не сходила с ума. Только лишь одному человеку, живущему этажом выше, ненадолго удавалось меня отвлечь, за что я была ему безмерно благодарна.

Стерев с лица влагу, я нащупала на тумбочке свой мобильный и посмотрела на время.

Четыре часа утра. Твою ж за ногу…

Продолжать спать дальше было то ещё удовольствие, поэтому, откинув одеяло, я поднялась с постели стала медленно натягивать на себя одежду.

До рабочего дня была ещё уйма времени, поэтому нужно было придумать, чем себя занять.

Уборка была отметена тут же. Время ранее, соседи бы явно не оценили дикий вой пылесоса да скрежет передвигаемой мебели. Оставалось только одно - идти на кухню. Что-то готовить. Кого-то кормить…

Только кого? Самой-то еда с трудом в горло лезла. Какое там…

Тут же перед глазами нарисовалось одна нахальная физиономия, которая уплетая за обе щёки плов, мурча от удовольствия.