Скай О`Малли

— Мы больше не хотим об этом слышать, милорд, — медленно и с особым значением произнесла Елизавета. — Иначе нам придется изменить наше милосердное решение по отношению к вам.

— Тогда до свидания, лорд Бурк. — И королева протянула ему руку, которую он поцеловал. Во время разговора королева нарочито не замечала стоящую рядом Констанцу.

Найл выпустил украшенную кольцами руку Елизаветы:

— Вы безмерно великодушны, ваше величество. — И схватив за руку жену, повел ее через зал, по сумрачным коридорам на улицу к карете. Втолкнув ее в экипаж, он крикнул кучеру в ливрее на козлах:

— Домой! — затем забрался внутрь сам и сел на сиденье напротив нее. Карета двинулась к дому. Найл Бурк откинулся на спинку сиденья и посмотрел на жену.

— Забавно, — проговорил он. — Просто забавно. Ты самая мерзкая из всех шлюх в христианском мире, а выглядишь как ангел.

Ее васильковые глаза расширились. Она испугалась от грубого комплимента.

— Что с тобой, Констансита? Зачем стесняться меня? Ведь тебе знакомы все мужчины в Лондоне.

— Что ты собираешься со мной сделать? — спросила она, наконец обретая голос и не в силах больше оставаться в неведении.

— А что, черт возьми, я могу с тобой сделать? — откликнулся он. — Такова уж вола Господня. Видимо, я проклят. Моя первая жена была религиозной фанатичкой и не выносила прикосновения мужчины, вторая оказалась известнейшей шлюхой, которая только и жаждет грубых утех. Единственная женщина, которую я любил, потеряла память и вышла замуж за другого человека.

Констанца почувствовала некоторое облегчение. На минуту муж оставил свой презрительный тон.

— Что это значит, единственная женщина, которую ты любил?

Найл Бурк холодно посмотрел на жену.

— Графиня Линмутская и есть Скай О'Малли. Она не умерла, как я думал, ведь так меня уверял твой отец, — она просто потеряла память. — И он вкратце объяснил Констанце, что случилось.

— Поэтому последние месяцы ты и был таким несчастным и замкнутым?

— Поэтому, — признался он. — И тебе, надо сказать, повезло, ты легко смогла стать шлюхой.

Она подумала, что несчастье поможет Найлу понять ее горе.

— Пожалуйста, постарайся осознать, я не могла противиться этой ужасной потребности. Просто не могла, Найл.

— Я знаю, Констанца, и поэтому поступлю так, как решил. Нас высылают из Англии, и мы едем домой в Ирландию. Но я не могу позволить тебе и там расхаживать на свободе и навлекать на мое имя еще больший позор. Поэтому ты будешь заключена в комнату в замке отца и никогда ее не покинешь. К тебе будет приставлен охранник, который ни на секунду не оставит тебя, за исключением тех минут, когда я буду укладывать тебя в постель. А это придется делать часто, поскольку я связан с тобой брачными узами. Мне нужен наследник даже из твоей изношенной утробы.