Скай О`Малли

Скай была вся покрыта пеной, темные волосы заколоты на затылке. Дразнящими глазами она посмотрела на него.

Он сорвал с себя одежду, разбросав где попало, и решительно направился к ванне.

— Нет! — взвизгнула она. — Ты затопишь все вокруг!

— Тогда вылезай и дай вымыться мне, — насмешливо ответил он.

— Но я еще не кончила!

— Подай мне полотенце, негодник! — Но граф нарочно убрал его подальше, чтобы, потянувшись за ним, она должна была встать. Пена капала с ее соблазнительного тела, и у Джеффри внезапно перехватило дыхание. Его проказник шевельнулся. Ухватившись за край полотенца, он притянул Скай к себе и поцеловал. Ее маленькие груди требовательно уперлись в него.

— Скай! — голос его дрогнул от вожделения. Но, внезапно поскользнувшись, граф рухнул в ванну. Скай расхохоталась.

— Ну вот, мистер Развратник, охладись немного и смой с тела дорожную пыль. Ты уж больно напорист с женщинами. Фи! Стыдись. Не успели мы приехать, как ты пристал к служанке, потом целовал меня, шлепнул по заднице Розу. Да-да, я это видела! А потом попытался влезть ко мне в ванну бог знает для чего. Ну нет, милорд. Если ты хочешь, чтобы я была твоя, я требую верности. Ты способен на нее, Джеффри Саутвуд?

На миг он разозлился. Разозлился на безродную женщину, жену Алжирского Сводника. Как она смеет ставить ему условия? Но, посмотрев на нее, почувствовал, как гнев тает. Она была не какая-нибудь шлюха, которую можно по настроению любить или не любить.

— Угодила прямо в цель, дорогая, — грустно признался он.

— Я научу тебя хорошим манерам, Саутвуд, — мстительно ответила Скай.

— Потри-ка мне спину, — продолжил он словесную перепалку и улыбнулся, когда она повиновалась.

Утром Скай решила, что если она станет любовницей графа, то только на своих условиях. Она не будет одной из многих, а станет единственной его любовью. Свою любовь и уважение она готова дарить в обмен на его. И сейчас она выиграла первое сражение.

Они поели в своей комнате у камина. Ужин оказался простым, но вкусным — вареный лангуст, артишоки в масле под уксусным соусом, только что выпеченный хлеб, масло, печеные яблоки с цветным сахаром и сбитыми сливками, острый сыр и графин белого вина.

Потом, взявшись за руки, они лежали на пухлых набитых гусиным пером подушках в постели, пахнущей лавандой, задремавшая Скай внезапно проснулась и, глядя на пляшущие в камине языки пламени, почувствовала, что он тоже не спит. Повернувшись, она положила голову ему на грудь, там, где билось сердце.

— Я влюбился в тебя, девочка, — тихо произнес Джеффри. — Ты это поняла, Скай. Никогда прежде я не любил, но Бог свидетель, тебя я обожаю.

Он взял ее нежно, не спеша. Потом они заснули, просыпались и еще два раза предавались любви.