О любви, которой не было

Так счастья людям не хватает иногда…

Пусть полюса земные не сойдутся,

А наши судьбы вместе навсегда…

Это просто издевательство какое-то! Сердито рявкнула:

— А можно переключить радио обратно?!

Водитель с удивлением обернулся:

— Можно конечно… Но Вы за поездку платите, а не за выбор музыки вообще-то… Могли бы и не кричать, а просто попросить… Да и хорошая ж песня…

Я уже набрала в грудь воздуха, собираясь громко возмутиться таким хамством, но таксист усмехнулся и всё-таки переключил на другую волну…

Я что, совсем истеричка, да?!.

Облокотилась плечом на мягкую спинку и уставилась в окно…

Ну надо же такому случиться, что Давид и Денис — соседи… Фееричное просто совпадение…

Дима Билан со своим ""невозможное возможно"" заорал в сумке так, что я аж подпрыгнула…

Я всегда шестым чувством ощущаю, когда звонит муж… Даже не вытаскивая телефон наружу, глянула на экран — ""Любимый""… Тьфу! Я у него всю жизнь забита просто ""Ирой"", а он у меня до сих пор ""Любимый"", как в юности… Тошно аж.

Рука всё-таки дрогнула — ну вот и позвонил, я ведь столько ждала…

Поздно. Уже не надо. Не хочу с ним говорить. Не сейчас… И вообще никогда.

Отключила звук и застегнула сумку…

Я понятия не имею, как с ним теперь общаться и смотреть в глаза при встрече…

Что-то невыносимо тяжёлое опустилось на грудь, сдавливая сердце колючей проволокой… Тупое ощущение падения в бездну… Раскаяние?! Точно нет.

Усевшись наконец на кухне, которая по сравнению с квартирой Дениса казалась почти родной, вытащила мобильник из сумки. Пять пропущенных от Кирилла… И семь от Алиски, почти сразу после него…

Спрятала лицо в ладонях… Искал. Ей названивал… Сдала, интересно?!

Глубоко вздохнула и перезвонила подруге. Та ответила сразу:

— Ир, ну наконец-то! Что, трубку не взять было?!

— Нет. Чего звонила-то? — я неторопливо прошла в комнату.

Алиска шумно выдохнула и сердито проворчала:

— Тут твой мне весь телефон оборвал… Тебя походу кто-то где-то видел сегодня… Говорить, где ты живёшь, или не надо?

Я всхлипнула от чего-то… Ощущение — словно окончательно рушится привычный внутренний мир…

— Не говори. Скажи, что я попросила молчать, — я чувствовала, как срывается мой голос. — И добавь, что его моя жизнь вообще больше не касается. Да нахрен его пошли в конце концов!

Я не выдержала. Кинула мобильником в спинку дивана, а сама упала лицом в подушку на кровати и заревела… Трудно было им всем днём начать названивать?! Могли бы сначала дать мне в себя прийти и тихо поскулить над собственной глупостью…

Но нет же, надо постоянно лезть куда не просят… Всем и сразу…

Ревела долго и взахлёб. Полегчало… Настолько, что вырубилась, не в силах оторвать налитую свинцом голову от подушки.