Грей. Кристиан Грей о пятидесяти оттенках

Она не сбежала! Значит, можно показать ей комнату для сабы. – Давай я покажу тебе кое-что еще. – Веду ее по коридору. – Твоя комната. Ты можешь украсить ее по своему вкусу.

– Моя комната? Ты хочешь, чтобы я сюда переселилась? – в недоумении восклицает Ана.

Похоже, я зря поспешил.

– Не на все время, – успокаиваю я. – Скажем, с вечера пятницы до воскресенья. Если ты захочешь, конечно.

– Я буду спать здесь?

– Да.

– Одна?

– Да. Я же говорил тебе, что всегда сплю один. Ну, если не считать того случая, когда ты напилась до бесчувствия.

– А ты где спишь?

– Моя комната внизу. Пойдем, ты, наверное, проголодалась.

– Что-то у меня аппетит пропал, – объявляет она все с тем же упрямым видом.

– Ты должна поесть, Анастейша.

Если она согласится стать моей, то в первую очередь я займусь ее режимом питания… и нервничать отучу.

Не забегай вперед, Грей.

– Я понимаю, что подталкиваю тебя на темный путь, Анастейша. Хорошенько подумай. – Она спускается за мной по лестнице и входит в гостиную. – Может, ты хочешь что-то спросить? Ты подписала договор о неразглашении, поэтому спрашивай все, что угодно, я отвечу.

Если мы договоримся, ей придется быть более общительной. В кухне открываю холодильник, достаю тарелку с сырами и виноград. Гейл не знала, что у меня будет гостья, поэтому еды мало… Не заказать ли ужин на дом? Или, наоборот, сводить ее куда-нибудь поужинать?

Как на свидание. Еще одно свидание. Не хочу вселять в нее подобных надежд. Я не хожу на свидания. Разве только с ней… Эта мысль действует мне на нервы. В хлебнице лежит свежий французский багет. Хлеба с сыром вполне хватит. Вдобавок она заявила, что не голодна.

– Сядь. – Указываю на барный табурет, и она садится, глядя мне в глаза.

– Ты говорил о каких-то бумагах?

– Да.

– Что за бумаги?

– Кроме договора о неразглашении, существует контракт, в котором описано, что мы будем делать, а что нет. Я должен знать твои пределы допустимого, а ты – мои. Все по взаимному согласию.

– А если я не соглашусь?

Черт!

– Ну, что поделать, – обманчиво спокойно говорю я.

– Но у нас не будет отношений?

– Нет.

– Почему?

– Потому что это единственные отношения, которые меня интересуют.

– Почему?

– Так я устроен.

– А почему ты стал таким?

– Почему люди такие, а не иные? На это трудно ответить. Почему кто-то любит сыр, а кто-то нет? Ты любишь сыр? Миссис Джонс, моя домработница, оставила на ужин… – Пододвигаю к ней тарелку.

– И какие правила я должна выполнять?

– Они зафиксированы на бумаге. Обсудим, когда поедим.

– Я в самом деле не голодна, – шепотом отвечает она.

– Все равно поешь. – Ана сморит на меня с вызовом. Миролюбиво спрашиваю: – Налить тебе еще вина?

– Да, пожалуйста.

Наполняю ее бокал и сажусь рядом.