Грей. Кристиан Грей о пятидесяти оттенках

"

"Я беру ее за руку и веду в свою ванную. Включаю душ и поворачиваюсь к ней. Какая она красавица! Смотрит на меня, а в глазах сияет предвкушение. Скольжу взглядом по всему ее телу, до кончиков ног. В жизни еще не видел ее в такой короткой юбчонке, столь откровенной, что я даже не уверен, что мне это нравится. Только мне можно на нее смотреть!

– Какая у тебя юбка. Очень короткая. – Слишком короткая. – И ноги роскошные.

Я скидываю туфли, снимаю носки, и она тоже разувается, не сводя с меня взгляда.

К черту душ. Хочу ее, немедленно!

Делаю шаг навстречу, обхватываю ее руками за голову и подталкиваю ее спиной к кафельной стене; она дышит через рот. Глажу ее лицо, ерошу волосы, целую – щеки, шею, губы. Такая сладкая, никак не напьюсь! У нее перехватывает дыхание, она хватает меня за руки, но тьма внутри не противится этим прикосновениям. Чувствую только Ану, прекрасную и невинную, отзывающуюся на мои поцелуи с равной страстью.

Я весь горю от желания, член напрягся так, что аж больно.

– Хочу тебя сейчас. Здесь… быстро и жестко, – шепчу я, оглаживая обнаженное бедро. – Месячные закончились?

– Да.

– Хорошо. – Задираю на ней юбку, запускаю указательные пальцы в трусики и падаю на колени, стягивая ее белье вниз, на пол.

Она вспыхивает, когда я хватаю ее за бедра и целую сладкое место под лобковыми волосами. Обнимаю бедра сзади, раздвигаю ей ноги, обнажаю клитор, чтоб удобней было лизать. Под моей чувственной атакой она запускает мне пальцы в волосы. Я ласкаю ее языком, а она стонет и запрокидывает голову к стене.

Как восхитительно она пахнет! А на вкус еще лучше!

Она мурлычет и подается попкой ко мне, к жадному языку, ноги у нее дрожат.

Хватит. Хочу кончить в нее.

Кожа к коже, снова как в Саванне. Отпускаю ее, поднимаюсь на ноги и беру ее лицо в свои ладони, закрываю удивленный, надувшийся ротик своими губами, целую изо всех сил. Расстегиваю молнию у себя на брюках, хватаю Ану за бедра и приподнимаю вверх.

– Обними меня ногами, детка. – Голос у меня хриплый и нетерпеливый. Она подчиняется, и я тут же с силой вхожу в нее.

Моя. Сладкая.

Она цепляется за меня, а я скольжу внутри, сначала медленно, потом, подчиняясь ритму собственного тела, все глубже, быстрее, быстрее, сильнее, еще… приникаю губами к ее шее. Она стонет и двигается мне навстречу, а я утрачиваю всякое ощущение реальности, я в ней, мы одно, и она кончает, вскрикивая от облегчения. В ответ я вхожу еще глубже и сильнее и хрипло выкрикиваю ее имя.

Целую ее в шею, не хочу останавливаться, не хочу отпускать, жду, когда она успокоится. Вокруг нас облако пара от горячего душа, рубашка и брюки прилипли к телу, но мне все равно. Ана дышит медленнее, успокаивается, держать ее на руках становится тяжелее.