О чем он молчит

Он наблюдал за ней украдкой, забыв про сцену, про повод собственного появления в этих стенах, и понимал одно: не прошло. Ничего у него не прошло."

"Позднее, когда все вновь очутились в холле, Денис пару раз непроизвольно оглядывался назад и замечал, как резко Катя отворачивается в противоположную сторону. Она смотрела на него. Смотрела.

В ресторане она поначалу таилась, и ее короткие несмелые взоры долетали до него лишь искрами из-под ресниц. Однако Катя все чаще и чаще бросала взгляды в его сторону: неясные, словно бы изучающие что-то и в ней самой, и в нем. Задумчиво-смиряющиеся. Тоскливые. Денис не мог их выдержать. Они растравливали в нем что-то. Мутное, запрятанное подальше, самоубийственное.

За его спиной короткой волной в пару секунд на балкон взлетели звуки зала: музыка, разговоры, звон бокалов. Денис обернулся. У закрывающейся двери стояла Катя.

— Денис, — произнесла она тихо вместо приветствия.

— Катя, — он ответил ей тем же. Нарушая все данные себе обещания, пялился на нее, изучая с головы до ног. Залипал практически. Этим вечером она была особенно красивой. Соблазнительной до затмения мыслей в голове.

Раньше бы Денис решил, что весь ее образ создан с расчетом на него: распущенные, дикие кудри золотистых волос, изумрудного цвета шелковое платье, высоченные, пугающе тонкие каблуки, макияж, названия которому он не знал, но который не забыл с прошлых времен, делающий Катины глаза небесно-голубыми, а губы совсем уж порочными, — все как будто усиливало ее и без того всегда сшибающую с ног красоту.

Денис сглотнул и отвел взгляд в сторону. Не хватало еще совсем потерять способность разумно мыслить. Сейчас он очень жалел о каждом выпитом сегодня бокале виске: опьянение вдруг ударило в голову и тело.

Катя тем временем прошла от двери прямо к нему и встала рядом. Слишком близко. Он мог чувствовать аромат ее духов. Ее аромат. Родной и знакомый. Зажигающий кровь в венах.

— Ты не замерз? — Ее вопрос вытащил Дениса из тяжелых и опасных наполовину фантазий, наполовину намерений.

Он машинально покачал головой.

Краем глаза Денис зацепился вдруг за обнаженные руки, вновь заметил довольно открытый вырез на груди, тонкие ключицы, белоснежную кожу, успевшую покрыться мурашками, — те и привели его в сознание.

— Ты сама уже замерзла. Возвращайся в зал, — сказал он тут же, надеясь, что она и правда уйдет, избавит его от этой пытки уединением.

Катя, конечно же, его не послушала.

— Нет-нет, я недолго подышу. Все нормально.

Денис ей не поверил. Пока она еще договаривала, стянул с себя пиджак и протянул ей, накидывать сам не рискнул.

Удивительно, но пиджак Катя взяла без возражений. Надела как положено, застегнула на все пуговицы.