О бедном зельеваре замолвите слово (СИ)

О том, что это местный охранник Гриша, я рассказал дознавателю сразу, поделившись видимыми мною симптомами, но умолчав про свои подозрения касательно старосты. Сложно, конечно, представить, что он специально обрек на такую участь односельчанина, вот только и тайн вокруг старосты достаточно, особенно в последнее время. Гриша же магом не был, и в зверя не умел перекидываться, такое проблематично прятать в тайне от всех. Единственное, что приходит на ум — проклятие. И, опять же, ниточки ведут к старосте, когда он вместе с ним исчез из деревни. Был ли Михай магом? — Я в нем уже не уверен.

Не знаю, как остальные узнали, но деревня только и шумела про Гришу-оборотня, и каждый рассказ расцветал новыми подробностями: то, что в округе слонялась стража, их нисколько не смущало, и чуть ли не каждый лез с расспросами, а запретный плод, как говорится, сладок, тут так легко не отмахнешься, даже оружием. Пользуясь всеобщей суматохой, спрятал книги — насколько это было возможно без использования магии. Вопрос времени, когда их найдут, дознаватель или сам Глэрис, в зависимости от того, рассказал ли Мастер про темную магию. А пока проходил допрос наравне со всеми, разве что вновь пришлось показывать печать и вкратце рассказать про себя. Про первого оборотня промолчал, тело предоставить не смогу, а сказать «его съела химера» равно признательной в использовании запрещенной химералогии. Куда ни плюнь все нельзя и запрещено. Начинаю потихоньку понимать дядю.

До него тоже дошли, но уже после того, как стража с дознавателем покинули Топольки, а вот Мастер остался. И его появление было не самым приятным моментом вечера, но неизбежным — пришлось впустить.

— Вижу вы поправились, — холодный властный голос был, как всегда, лишен теплоты и заботы, как и сам Анри. Королевский маг как ни как. Почти. Я не стал отвечать на это, и он, пройдя сам в комнату, огляделся, — Я пришел насчет вашего дяди, Аласта Вольтэре.

Внутренне напрягся, стараясь при этом держать лицо: откуда он знает про дядю? Наш родственник не настолько знаменит, учитывая, как он любил путешествовать и пропадать неизвестно где. И много ли знает Глэрис того, чего не знаю я?

Практически черные глаза мага остановились на мне, оценивая по уровню силы: ясное дело, зельевар не сравнится с боевым магом, и Глэрис это прекрасно понимал, пользуясь своим преимуществом и положением. Он явно пытался надавить на меня таким образом, но, по правде говоря, я устал за эти дни, и моя реакция была крайне вялой, а точнее ее не было; будь это в столице, или в любом другом городе, непременно бы начал дрожать, но стоя сейчас перед ним, лишь зевнул, прикрывая рот рукой. Вверх неприличия. Дичаю, наверное.