10 мифов о 1941 годе

02 июля: Тимошенко, Жуков — не были.

03 июля: Тимошенко, Жуков — не были

04 июля: Жуков — вход в 18.55, выход в 20.10.

05 июля: Жуков — вход в 14.30, выход в 15.30.

06 июля: Жуков — вход в 22.35, выход в 01.40.

07 июля: Тимошенко, Жуков — не были.

08 июля: Тимошенко, Жуков — не были.

9 июля приёма не было

10 июля: Тимошенко, Жуков — не были.

И снова в кремлёвском кабинете Сталина Жуков появляется лишь 17 июля, а Тимошенко (вместе с Жуковым) — 18 июля, что, конечно, не означает, что новый Верховный Главнокомандующий целую неделю не встречался со своими заместителями — просто Сталин в эти дни сам много времени проводил в Ставке.

Эта внешне скупая хронология на самом деле очень красноречива и драматична. В самые первые дни Сталин вместе с рядом членов политического руководства (Молотовым, Берией, Маленковым и другими) принимает доклады двух своих ближайших тогда военных сотрудников — Тимошенко и Жукова и порой подолгу обсуждает с ними ситуацию. При этом Сталин «дёргает» сразу двоих, Тимошенко и Жукова, более раза в день лишь 26 июня, что и понятно — к тому дню стал ясен масштаб катастрофы, но ещё было неясно, как ей противодействовать. Тут и сам задёргаешься, и других «дёрнешь»…

К началу июля 1941 года управление начинает налаживаться, и Сталин — временно оставив войну в основном на Тимошенко и Жукова, как-то «расшивает» внешнеполитические проблемы, принимая 8-го и 10-го июля английского посла Криппса (Сталин примет его ещё и 12 июля, а затем наступит перерыв до 21 июля)…

Однако никаких «…по несколько раз на день», не говоря уже о «ежечасно…», на самом деле, как мы видим, не было. Так несколько строчек из письменного свидетельства такого, казалось бы, авторитетного участника событий, как маршал Жуков, полностью искажают картину сути и характера деятельности Сталина в начальный период войны.

Причём с вечера 22 июня 1941 года по вторую половину дня 26 июня 1941 года Жуков вообще не имел возможности непосредственно наблюдать работу Сталина, потому что не позднее 16.00 22 июня он получил указание Сталина вылететь в Киев и оттуда с Хрущёвым выехать в штаб Юго-Западного фронта для выяснения обстановки, оставив в Генштабе за себя Ватутина. В своих мемуарах Георгий Константинович этот момент излагает тоже искажённо — мол, Сталин дал ему указание по телефону «приблизительно» в 13 часов, а «минут через 40» Жуков был уже в воздухе. На деле Жуков в 14.00 22 июня 1941 года вошёл вместе с Тимошенко в кабинет Сталина и вышел оттуда лишь в 16.00 — надо полагать, для того, чтобы сразу же ехать на аэродром.

К тем дням относится показательный разговор Г.К. Жукова по телеграфу «Бодо» с командующим 5-й армией М.И. Потаповым, состоявшийся в 17 часов 24 июня 1941 года, из которого я приведу лишь один фрагмент:"

"«Жуков.

В отношении авиации меры будут приняты.