Ножевая атака

– Короче, вся наша версия о том, что Черных является одним из игроков «Спартака», лопнула как мыльный пузырь. Что ж, товарищ майор, поздравляю вас! Столько времени возились, и на тебе! Нет у нас больше ни подозреваемых, ни версий, короче, ни черта у нас нет! – Корнев принялся тереть подреберье.

– Почему же нет версий? Есть! И не одна, а целых две. Сегодня вечером мы обе моих версии и проверим, – откинувшись на спинку дивана, спокойно произнес Зверев.

– И что же ты там такое собрался проверять?

– Не важно, что, а важно, где и когда.

– Вон оно как. И где?

– Вечером наш «Спартак» играет с командой великолукского «Железнодорожника», начало матча в пять. Так что сегодня мы идем смотреть футбол. Это, кстати, всех присутствующих касается. Кроме, разумеется, нашего уважаемого Степана Ефимовича… – Зверев манерно склонил голову набок.

– Очень тебе за это признателен, – не без ехидства парировал Корнев. – А то я, знаешь ли, не любитель футбола…

– Я в курсе. Так что вечером можешь спокойно пить чаек, глотать из ложечки настойку прополиса и ублажать свою неуемную язву.

Корнев сжал кулаки.

– И я иду на футбол? – робко поинтересовался Демченко.

Зверев хлопнул себя по коленкам, встал и подошел к Горохову.

– Разумеется, Савелий Кондратьевич! Без тебя никак.

– Я так понимаю, мы туда едем не игру смотреть, а для того, чтобы наш Савелий Кондратьевич мог еще раз поглядеть на игроков «Спартака»? – предположил Евсеев.

– А я вот футбол очень люблю, – подключился к разговору Горохов."

"– Мне до твоей любви нынче дела нет. Так что всем смотреть в оба и варежку не разевать. Тебя, Шура, это особенно касается.

– Особо? Это еще почему? Чем же я так отличился? – довольно безмятежно поинтересовался Шура.

– Да уж отличился.

– Что-то я вас не понимаю, товарищ майор!

– А я тебе сейчас объясню, – в глазах Зверева мелькнули недобрые огоньки. – Скажи-ка мне, друг мой любезный Александр, помнишь ли ты, зачем я тебя после того, как мы Мишку Шамана арестовали, на «Локомотив» отправлял?

Горохов захлопал глазами.

– Узнать, кто мог у Мишки нож украсть?

– Правильно! – Зверев закивал и положил молодому оперу руку на плечо.

– Я тогда с вахтером говорил, он меня заверил, что никто, кроме тренера и футболистов, в раздевалку в тот день не заходил.

– А если подумать?

– Чего тут думать?

– А ну, говори мне точно, что он тебе тогда сказал?! – рявкнул Зверев, и Шура затрясся.

Шура наморщил лоб и почесал затылок.

– Не понимаю я вас, товарищ майор…

– Ты вспоминай, Шура… вспоминай! Дословно, что он тебе сказал? Вспоминай – это очень важно!

Шура при этом окончательно скуксился.

– Дословно не помню.