Новый мир для лиловой Кошки

Тоне её жизнь до того, как она шагнула вместе с Ассавиргом в портал, тогда в школе, казалась теперь невообразимо далёкой, словно она провела в плену годы, а не дни. Слишком многое пришлось пережить, слишком многое потерять. И если смерть близнецов оказалась ложью, ещё одним способом сломить её и добиться нужного, то убийство старика, правящего Вэльдегардом, его глаза и последний вздох, когда её руки всё ещё продолжали держать рукоять кинжала, было до ужаса реальным. Что-то важное надломилось в её душе, что-то невосполнимое изменилось. Она стала убийцей. И готова была убить снова, если бы добралась тогда до Ассавирга. Жалела ли она о чём-то? Наверное, нет. Потому что в тех обстоятельствах не могла поступить иначе. Но забыть взгляд умирающего от её руки, Кошка вряд-ли когда нибудь сможет.

В столовую её завели оба мужа, держа за обе руки. Если бы Тоня позволила, они бы и занесли её на руках. Но такая чрезмерная опека казалась ей излишней. Физически она чувствовала себя отлично. А вот психологически… Тут всё было гораздо сложнее. Потому и держалась за них. Кас и Зак тоже стали для неё якорями. И если она их возвращала в этот мир, то они её в реальность.

— Тоня! Наконец-то ты дома! — к ней бросилась Рисса, сразу же заключив в объятия. — Я так переживала.

Её молодая и красивая свекровь, не скрываясь, вытерла со щёк слёзы. Что-то в её облике показалось Кошке неправильным и она окинула взглядом постройневшую женскую фигуру, когда та целовала в щёку склонившегося к ней Каса. Постройневшую? Глаза сами собой полезли на лоб и девушка уже открыла рот, чтобы спросить о ребёнке, но не успела.

К ним подошёл Айсар, держа на руках завернутого в одеяльце того самого недостающего младенца, рядом вприпрыжку шагала Элленис. Таша, с которой она ещё утром успела пообщаться, наобниматься и наутешаться, тоже подбежала, чтобы ещё раз поздороваться. Последним подтянулся Шэанард, как всегда наблюдающий за окружающими с лёгкой иронией. Все эти приветствия, объятия, поцелуи, вся эта радость и искренние улыбки, довели Тоню до новых слёз, только уже от счастья. Кажется, она действительно вернулась домой. По настоящему.

Потом вся семья обедала. Самого младшего её члена, доннэ Аймира, унесла нянечка. Таша с Элленис, с разрешения старших, остались и Кошка с удовольствием наблюдала за подружившимися девочками, которые то слушали разговоры взрослых, то склонялись друг к другу и обсуждали что-то своё.

Очень многое, конечно, хотелось узнать, расспросить в близнецов, которые с утра отказались что-либо рассказывать, или у дана Айсара, или хотя бы у Риссы, но конечно же не при детях. Незачем им такое слушать. Да и не за столом же говорить об убийствах, смертях и кровавых ритуалах.