Фея придёт под новый год

— Говоришь, что всё забыл, а сам опять меня этим упрекаешь, — госпожа де Монтальви горестно всплеснула руками и расплакалась.

Она сняла маску, и было видно, как слезы градом текут по её щекам. Неужели, она плачет искренне? Искренне горюет? О чем?.. О потерянной любви?..

— Я была такой юной, такой глупой, — госпожа де Монтальви потянулась к моему хозяину. — Неужели, ты думаешь, что я отказалась бы от тебя? Меня заставили! Отец меня заставил!.. Он сказал, что будет страшный скандал, что это всем повредит, что его могут даже снять с поста мэра…

Она лепетала ещё что-то, цепляясь за локоть господина Тодеу, но он продолжал хмуро смотреть в бассейн, а я вспомнила слова Корнелии: «У хозяина были шашни с дочерью мэра».

Значит, сплетни не лгут? То есть не совсем лгут? И с дочерью мэра что-то было?..

— Но теперь мы оба свободны, — госпожа Хизер сменила горестный тон и заворковала, как голубка. — По-моему, это знак небес, Тодо. По-моему…"

"Я была такой глупой и… такой ненужной. Я была лишней в королевском дворце, абсолютно бесполезной в своем родном доме, чужачкой на этом балу… Только в доме Десиндов я с чего-то решила, что нужна, что пришлась к месту, и что от меня может быть польза…. От меня — Миэль, от человека, а не от правнучки феи… Но сейчас окажется, что все это было обманом, и мне всего лишь показалось, потому что Миэль, как таковая, никому не нужна. Даже господину Тодеу…

— По-моему, вы говорите глупости, — услышала я голос своего хозяина и снова встрепенулась. — Еще и года не прошло, как умер ваш муж. И вы уже мечтаете о новой интрижке? Нет уж, увольте.

— Какая интрижка? — немного растерянно переспросила госпожа Монтальви, но потом голос ее снова зажурчал, вторя шуму фонтана. — Это — любовь, Тодо. Я не могла тебя забыть, да и ты тоже…

— Пропадите пропадом со своей любовью.

Боюсь, мы с Хизер были потрясены одинаково. Господин Тодо выражался, как самый настоящий босяк из подворотни.

Госпожа де Монтальви первая пришла в себя.

— Ты говоришь грубости, чтобы наказать меня, — сказала она трагически. — Но тогда я всего лишь сказала правду. Вспомни, кем ты был… Если бы тогда я осталась с тобой, как бы мы жили сейчас? Как бы жили наши дети? И где бы они жили? В бараке, в рыбацкой деревушке? А так ты стал первым человеком в Монтрозе, твои капиталы…

— Послушать вас, только мои капиталы и имеют значение, — перебил её господин Тодо. — Но вы были правы, Хизер. Во всем правы. Я вам не пара, и всё, что было — лучше забыть. Потому что мне стыдно вспомнить, каким я был наивным дураком. Слава Богу, что теперь поумнел. Простите, мне пора идти. Меня ждет дочь, — он хотел уйти, но дама де Монтальви вцепилась в него, как клещ.

— Ждёт дочь? — она схватила господина Тодеу за локоть двумя руками.