Фея придёт под новый год

Черная кружевная наколка кокетливо оттеняла золотистые волосы, и что-то мне подсказывало, что бы траурный наряд не оттенял так белоснежную кожу, все эти чёрные одежды уже давно были бы отправлены в сундуки и даже не переложены мешочками с лавандой, чтобы моль поскорее съела.

— Вот и мы, дамы, — радушно сказала госпожа Хуммель. — Сара, приготовьте кофе для гостьи. Госпожа де Монтальви, — обратилась она к женщине в траурном платье, — продолжайте. Очень занимательно вас слушать!

— Я как раз рассказывала, во что была одета королева, — с улыбкой пояснила траурная дама, — когда мы с ней разговаривали на празднике. А вы, сударыня, — она посмотрела на меня, — вы бывали в столице?

Было ясно, как день, что дама лгала, чтобы произвести впечатление на провинциалок, но я решила не портить никому удовольствия. Пусть госпожа де Монтальви самоутверждается, а остальные пусть восторженно слушают и шьют платья из зелёного бархата — что в этом плохого?

— Нет, сударыня, — ответила я, принимая из рук хозяйки праздника чашечку кофе с горкой взбитых сливок, — никогда не была в столице. И в Монтрозе впервые. Продолжайте, прошу вас. Вы так увлекательно рассказываете…

Дама улыбнулась мне со снисходительной благодарностью и продолжала расписывать великолепие королевского двора и наряды придворных, но рассказ не клеился, потому что теперь гостьи госпожи Хуммель слушали не очень внимательно. Больше, чем на даму в трауре, они поглядывали на меня, вернее — на моё платье.

— Простите, — не утерпела, наконец, одна из дам, — какая портниха сотворила это чудо? — она прикоснулась к воздушному подолу, расшитому блестками. — Такая чудесная ткань… И столько алмазов…

— Нет, это не алмазы, — засмеялась я. — Всего лишь стеклянная обманка. Но выглядит очень красиво.

Госпожа де Монтальви как-то странно взглянула на меня, но тут остальным дамам тоже пожелалось пощупать ткань моего платья, и разговоры о столице были на время забыты.

— Кто, вы говорите, сшил эту красоту? — спросила одна и дам, в костюме лисички — в платье ярко-оранжевого цвета и с пелеринкой, отороченной лисьим мехом."

"— Не знаю, — ответила я чистую правду. — У меня не было времени на пошив, я попросила доставить мне готовое платье. Имя портнихи тоже не назову, потому что не знаю, у кого это платье покупали. Но могу спросить, дамы, сообщу имя завтра.

Завтра я уже превращусь в Элизебет Белл, и вряд ли кто-то узнает в скромной служанке вчерашнюю принцессу. Поэтому я щедро раздавала обещания, зная, что всё равно не буду их выполнять.

Госпожа де Монтальви терпеливо ждала, пока закончится суматоха вокруг меня, и я, заметив, как она пару раз досадливо дернула углом рта, поспешила прекратить ненужное любопытство.