Фея придёт под новый год

Последней прибежала Ванесса — разряженная в пух и прах, в высокой меховой шапочке, надетой поверх ажурного платка из тонкой козьей шерсти. Тётя и племянница пошли первыми, Ванесса заботливо держала тётю под локоть, а мы потянулись следом.

Вечер был тихим, по-настоящему Рождественским. Снег падал всё гуще, засыпая Монтроз до самых окон, и чем ближе мы подходили к церкви, тем слышнее было, как распевают рождественские гимны певчие, восхваляя яркую звезду, подношения волхвов и спасение всего мира от зла и смерти. Волшебству этой ночи не могло помешать даже брюзжание госпожи Бониты, которая жаловалась на снег, выпавший так не вовремя, на Черити, которая сутулилась, на Эйбела, который хохотал невпопад…

Я старалась не слушать это ворчание, а слышать только пение и шум моря, и старалась не слишком завидовать такой красивой и тёплой шапочке Ванессы. Мои прежние приятельницы-аристократки — отчаянные модницы — заплатили бы золотом за этот милый провинциальный покрой, который можно было носить со столичным шиком.

Интересно, а господин Тодеу совсем не ходит в церковь? Или просто сегодня слишком занят?.. Проворачивает очередное дельце, пока все добропорядочные горожане собрались на службу? Но увы, никто не мог дать мне ответов на эти вопросы. Поэтому я оставила мысли о господине Десинде и постаралась думать о небесах, как и положено грешнице.

Наше появление в церкви произвело впечатление. Во-первых, все глазели на Логана, который вышагивал рядом с Черити с таким торжественным и счастливым видом, что это вызывало и смех, и умиление. Во-вторых, козья шаль Ванессы притягивала взгляды женщин, а сама Ванесса притягивала взгляды мужчин. И кокетка прекрасно это осознавала, с притворной скромностью опуская ресницы. Но она и правда была хороша, как картинка — одно удовольствие смотреть на красивую, нарядно одетую барышню.

Десинды прошли в первый ряд, где оставались незанятыми несколько мест, и расположились там совершенно по-хозяйски. Было ясно, что эти места занимали только они, разве что скамейка не была поименно подписана. Нашлось там и место для Логана. Я высматривала его с тревогой, пока не увидела, как Черити взяла его за руку и усадила рядом с собой, тут же сунув мальчику свой молитвослов вдобавок к его молитвослову."

"Мы с Джоджо сели в заднем ряду, где и полагалось сидеть слугам — самым незаметным и ничтожным созданиям. Но и самых ничтожных берегут небеса…

Рождество приближалось… Оно становилось ближе с каждым часом, с каждой секундой, с каждым гимном, который начинали певчие по знаку прелата. Наверное, я никогда не встречала праздник с таким воодушевлением. Снова и снова я смотрела на головы Логана и Черити, склоненные друг к другу.