Новый русский попугай

 — С умом бить надо было, не насмерть… чтоб только сомлел… ты же умный парень, Лабух, а тут такого дурака сморозил! Ну да ладно, нюни распускать после будем, сейчас надо отсюда сваливать!

Тем не менее он вскрыл-таки шкафчик, что-то оттуда выгреб — Лабух не видел что, он вообще ничего не видел, кроме тусклых пустых глаз мертвого завмага.

Послушно, как кукла, он взял чемодан с ворованными вещами и вслед за Соленым ушел из дома. Дотащил чемодан до сарая, на который указал Соленый, и вернулся к себе.

До утра он трясся, не сомкнув глаз, а потом отправился прямиком в шалман.

Там его уже поджидал Соленый.

— Чего, колотит? — Он подмигнул Лабуху. — В первый раз оно завсегда так! Не дрейфь!

Понизив голос, он сообщил, что продал вещи и отдал за Лабуха карточный долг. А также сообщил, что завтра они пойдут брать квартиру заведующего Домом культуры Васильева, у которого Лабух тоже настраивал пианино.

Лабух молча кивнул и отправился на вокзал. Там он сел на поезд «Свердловск — Ленинград», который останавливался в их городе на две минуты, и через сутки уже был в Северной столице.

С тех пор прошло больше сорока лет, и он иногда думал, что все это ему приснилось. Правда, время от времени он видел во сне мертвые глаза завмага и окровавленный подсвечник в своей руке. После такого сна он просыпался весь в поту, с тяжело бьющимся сердцем, поднимался, шел босиком на кухню и долго пил прямо из чайника тепловатую ржавую воду.

Но потом снова засыпал и спал без снов, тяжелым, горьким сном глубоко одинокого человека.

Но вот сегодня прошлое окликнуло его гнусавым голосом молодого уголовника.

— Вижу — не забыл! — ухмыльнулся парень, нагло сверкнув золотым зубом. — Ну и ладушки! Ты только, Лабух, имей в виду — по убийствам нет срока давности! Это я так, на всякий случай, чтоб уж никакого лишнего трепа… Соленый говорил, что ты — мужик умный, толковый, все и так поймешь!

— Жив, значит, старый кровосос? — Пожилой человек обрел наконец дар речи.

— А чё ему сделается-то? Живее всех живых, как говорится! Чтоб не сглазить! — И золотозубый постучал по столу.

— И чего вам от меня надо? — проскрипел бывший Лабух, неожиданно почувствовавший себя ужасно старым.

— Чего нам надо? Известно, чего нам надо. Ты ведь, папаша, как и прежде, настройщиком работаешь?

— Зачем спрашивать, если сам все знаешь…

— Верно — я про тебя все знаю. Знаю, например, что ты в один дом вхож…

— Подожди, — пожилой мужчина поднял руку предостерегающим жестом, — разговор, как я понимаю, будет серьезный, а здесь место ненадежное… лишних ушей много!

Действительно, за соседним столиком сидел лысоватый мужчина средних лет, который то и дело бросал в их сторону заинтересованные взгляды.