Новый русский попугай

Пара золотых безделушек… бронзовая статуэтка, думаю, Италия, восемнадцатый век… Красивая вещица, но мы не собираемся обижать выдающегося деятеля культуры… А вот это, я думаю, именно то, что мы с вами ищем!

Маркиз вынул из сейфа прозрачный конвертик, в котором лежал маленький красноватый бумажный квадратик с неровными зубцами по краям.

Полуянов схватил конверт, бросился к столу.

Он вытащил из кармана старинную лупу и пинцет, с которыми, наверное, никогда не расставался, бережно вытряхнул на стол марку, склонился над ней, вооружившись лупой… и почти тут же издал разочарованный вопль:

— Какого черта? — вскричал Маркиз. — Эта марка не может быть подделкой! Ведь одна подделка уже есть, у той девицы, что приходила к вам! Если только старик не оказался хитрее, чем я думал…

— Вы меня обманули! — проворчал Полуянов, хмуро уставившись на Маркиза. — Если бы я знал, что здесь нет настоящего «Маврикия», я ни за что не пошел бы на такой риск!

— Не огорчайтесь, Полуянов! — попытался успокоить его Маркиз. — Отрицательный результат — тоже результат! Обещаю вам, вы еще подержите в руках настоящий «Маврикий»!

— «Маврикий Томашевского»? — недоверчиво переспросил Станислав.

— Именно его! А сейчас нам нужно привести здесь все в порядок и покинуть квартиру дирижера, пока нас прикрывают.

Маркиз положил на место конверт с фальшивой маркой, закрыл сейф, навел порядок в баре и привел кабинет дирижера в первозданное состояние. Затем он тщательно протер куском замши дверцы шкафов, поверхность стола и все остальные места, где могли остаться их с Полуяновым отпечатки пальцев.

Убедившись, что в квартире не осталось следов их пребывания, Леня вместе с безутешным филателистом вернулся в прихожую и, остановившись перед дверью, набрал номер на мобильном телефоне.

Охранник Леша изнемогал.

Сказочная красавица, появившаяся в его служебной комнатке, словно вынырнув из чудесного сна, довела его до умопомрачения. Она тормошила и щекотала его, покусывала за ушко и целовала в бритую голову, но как только Леша пытался схватить нимфу, обнять ее, перейти к прямому контакту — она ловко уворачивалась и отскакивала с дразнящим смехом, звонким, как серебряный колокольчик.

— Ты ведь сказала, что ты — подарок! — проворчал распаленный охранник, когда очередная попытка облапить неуловимую девушку не увенчалась успехом.

— Подарок, и очень ценный, — подтвердила та, — а к ценным подаркам нужно относиться бережно… их нельзя ломать и портить, а лучше вообще не трогать руками…

В эту секунду ее мобильный телефон, поставленный на вибровызов, задрожал, как будто он тоже, как распаленный охранник, совершенно утратил терпение.

Это значило, что операция входит в завершающую фазу.