Новые земли

Зачем таким крутым пиратам какие-то нищие дикари? Все объясняется просто – в ходе раскопок троглодиты нередко находят древние украшения и прочие ценные предметы, к тому же знают толк в пушнине – охотятся на бобров, белок, норок и куниц, мастерски выделывают шкуры и изготавливают из них теплые одеяния.

У людей они ценятся, как и древние безделушки. Они готовы сжечь целое селение, не пожалев даже младенцев, ради старинного серебряного перстенька с мутным рубином или не самого нового плаща из бобровых шкур.

На месте ваксов Рогов давно бы отказался от использования таких провокационных предметов. Пираты – не садисты, практикующие насилие ради насилия, они прагматичные люди. Есть выгода – будут уходить в набеги; нет выгоды – напрочь забудут дорогу в прибрежные плавни.

Но сейчас дорогу знают – у троглодитов начались трудные деньки.

Глава 21

Весна, так резко начавшись, позиций не сдавала. В разгар дня теперь так жарко, что хоть голышом ходи. Но вода не успевала за теплом: все еще ледяная, не покупаешься. Над ней не летают стрекозы, не жужжат комары, если где-то и просыпаются первые лягушки, устраивать концерты не торопятся.

Тем более по ночам, когда все еще холодновато. Совы скрипят вдалеке и какая-то непонятная птица иногда истошно вскрикивает – вот и весь шум. На небо выбрались две луны, облаков почти нет, освещение достаточное, чтобы даже во мраке пройти по узкой протоке, стиснутой стенами неприлично вымахавшего тростника. Здесь, в дельте, он такой, что впору бамбуком называть.

Как ни старайся, но всплесков весел в такой тишине не скроешь. А ведь звуки по воде доносятся далеко, и это напрягает. Одна надежда – что враг сейчас не в том состоянии, чтобы заподозрить приближение неотвратимой кары.

Если не считать осенней стычки с мелкой шайкой пиратов, ничего плохого они землянам не сделали и делать не пытались. То есть сейчас ничто не мешает наладить взаимовыгодные отношения и с ними, перед ваксами пока что нет никаких обязательств.

Может, и не совсем красивый ход – искать союзников по обе стороны баррикад, но для тех, кто вот уже второй календарный год пытается просто выжить, оправданный.

Однако расспросы туземцев и Чимчака чуть приоткрыли реальную картину. Не все так просто – здешние пираты не горят желанием заниматься презренной торговлей. Максимум, на что хватает главарей отдельных шаек, – наладить добычу зеленого мрамора при помощи ваксов. Но этот промысел сошел на нет, толком не начавшись: грабить троглодитов оказалось намного интереснее и привычнее. После череды предательских ударов в спину те поняли, что с морскими разбойниками нельзя иметь дело, и всякие мирные контакты прекратились.

Пираты здесь не простые – это, скорее, разбойная народность.