Новые райские кущи

Вернее, не лично я, а озадачу этим клиентом уже свои связи в соответствующих органах. Надеюсь, Анастасия согласится сотрудничать с ними и помочь в его задержании. Но это уже рабочие моменты.

— Я невероятно вам благодарна, Ярослав! И за то, что вы всерьез отнеслись к пропаже сокровищ и моей просьбе помочь выявить преступника, и за то, что, узнав о мнимости этой кражи, все же беретесь помочь нам справиться с такими непростыми ситуациями. Особенно если учитывать, насколько вы занятой человек, — расчувствовалась до слез Эльвира Аркадьевна и спросила: — Но как мы всем объясним, что сокровища никто не крал и они обнаружены в целости и сохранности?

— Как говорит один мой сотрудник, — усмехнулся довольно Ладников, — «когда требуется объяснить необъяснючее и к тому же покрытое тайной, следует валить все на государственные интересы и ФСБ». Вот так мы с вами и поступим. При этом предоставим вам, Эльвира Аркадьевна, — Ярослав чуть склонился, выказывая уважение женщине, — возможность провести глубокий воспитательный процесс, пугнув хорошенько ваших «расшалившихся» детишек.

— То есть вы, Ярослав, настаиваете на том, чтобы я обманула родных и не сообщила им, что подняла ложную тревогу, высказав прямые подозрения их в преступлении, которого, как выяснилось, и не было? — уточнила самым подробным образом Эльвира Аркадьевна.

— Настаиваю, — уверил ее Ладников, подкрепив свое уверение кивком. И улыбнулся: — Хотя бы для того, чтобы не получилось, как у Апухтина: «Ну это совершенно все равно, он ли украл или у него украли… Главное то, что он был замешан в гадком деле». Нам такого не надо.

— Ба, полностью солидаризируюсь с предыдущим оратором, — поддержала Ладникова Софья и добавила: — Как посоветовала бы Дашка — не загоняйся. Как там у Раневской цитата на эту тему была? — нахмурившись, постаралась припомнить Соня. — Эм-м-м… «Склероз нельзя вылечить, о нем можно просто забыть!» — рассмеялась она. — Кажется, так.

— Почему вы на этом настаиваете, Ярослав? — спросила Эльвира Аркадьевна, со всей очевидностью, уже совладавшая со своей растерянностью и эмоциями, глядя на Ладникова спокойным и даже немного строгим взглядом. — Почему пытаетесь оградить меня и сохранить у родных уважение ко мне на прежнем уровне?

— Потому что вы бабушка Софьи, — ответил Ладников четко, с убедительной расстановкой, придерживаясь заданного ею строгого и честного тона. — Потому что я вас глубоко уважаю и убежден, что, кроме вас, никто не в состоянии объединять это большое семейство, сохранять его традиции и управлять этим замечательным родовым гнездом на столь высоком уровне. И это не пафос и не ложное восхищение, а жизненная данность.