Грязные новости

У меня мелькнула мысль написать Джуд и спросить, но я тут же это исключил. Меньше всего мне хотелось, чтобы она думала, что это свидание.

Вместо этого я прошел лишние десять минут до ближайшего итальянского ресторана и заказал все блюда из пасты в меню. Я видел, как она ела макароны вчера вечером — и это, безусловно, не было одним из моих лучших моментов, — так что она не должна быть одной из тех девушек без глютена, муки, углеводов и радости. Неважно, что я был посвящен в эту информацию, потому что, по-видимому, мог бы добавить преследование к списку моих качеств.

Кстати, выбирать еду для Лили было все равно что делать операцию на сердце медузе.

Когда я повернул на свою улицу, неся пакеты с едой, Джудит уже стояла у входа в здание, постукивая ногой и кивая тому, что слушала по телефону.

«Что ты слушаешь, Конверс?»

Я пошевелил запястьем и взглянул на свой «Ролекс». Тридцать минут. Мне потребовалось тридцать гребаных минут, чтобы достать еду, и все это время она ждала за дверью здания. Мне не нужно было удивляться, почему Джудит не позвонила. Мой телефон был в беззвучном режиме. Репортеры проверяют свои телефоны раз в минуту, поэтому терпеть дополнительный пинг каждого сообщения и электронной почты было чистым мазохизмом.

Как только Джудит заметила меня, она покачала головой и повернулась в другую сторону, уходя от меня.

— Ты свинья.

«Тогда, надеюсь, ты любишь бекон, потому что сегодня в меню я, Конверс».

Я не стал защищаться. Я был много кем, но не лгуном. Кроме того, она была еще более великолепна, когда злилась — с ее распухшими розовыми губами, темно-русыми ресницами и компактным всем. Джудит была на полпути вниз по моему кварталу, когда повернулась и зашагала обратно ко мне, как будто вспомнила что-то. Ее хмурый взгляд сменился изумлением.

Я остановился перед ней, выставив ладони вперед, с белыми пластиковыми пакетами, источающими запах оливкового масла.

— И что в коробках? — Она указала подбородком на еду.

— Части тела.

— Как всегда очарователен.

— Можешь спросить еще раз, но драматично, а-ля Брэд Питт в «Семь»?

Я ожидал, что она закатит глаза, как это делала Лили каждый раз, когда дразнил ее за излишнюю драматичность. Вместо этого Джуд повернулась ко мне спиной, а затем театрально развернулась.

— Что в коробках? — Она сделала вид, что наставила на меня пистолет, и впервые за много лет — да, лет — я действительно рассмеялся. Полномасштабным гребаным хохотом. Это странно ощущалось на моем лице, в груди и в легких.

— Итальянская еда.

— Кошмар. Так просто, что даже не интересно. — Но ее улыбка не дрогнула.

Похоже, она действительно хотела, чтобы ее отшлепали со всей этой дерзостью.

Я поставил один из пакетов, чтобы набрать код безопасности.