Второй год новой эры

Этот дух наблюдает сверху и вмешивается только тогда, когда нарушается порядок… Для него порядок – это равновесие, и это действительно так, хотя для людей порядок – это совсем другое. Но он – великий дух, а мы – люди.

Я слушала мужа так внимательно, как никогда. Мы лежали на палубе; над рекой плыла утренняя дымка, и казалось, что весь мир, кроме нас, еще спит… Муж рассказывал мне о неведомом божестве по имени Эйдо, и мне открывались удивительные вещи в мировоззрении обитателей юной земли…

– Эйдо поддерживает мир в правильном состоянии. Ведь если чего-то станет меньше, а чего-то больше, мир может погибнуть… Иногда так и бывает, но Эйдо вовремя вмешивается и исправляет перекос. Ты понимаешь?

– Да, я понимаю… – сказала я.

Мне вспомнилось, как еще в начальной школе мы, малыши, с интересом слушали рассказ учительницы о том, к какой катастрофе может привести исчезновение на земле, например, кровососущих насекомых. Вполне хрестоматийный пример; он заставлял нас понять тот простой факт, что все существующее – необходимо, что во всем есть баланс, на котором и держится, в частности, жизнь на Земле и Мироздание в общем.

Надо же – оказывается, и древние люди задумывались о подобных вещах! Кроме того, они наблюдали за разными природными явлениями, делали выводы, искали объяснение… Через слова моего мужа мир Каменного Века открывался мне в каком-то новом свете. И все больше я проникалась уважением к этим аборигенам, которые уже в те времена умели философски мыслить, которые стремились найти истину в суровой действительности, что окружала их… И просто удивительно, насколько поэтичными и мудрыми были их представления, насколько богатым и развитым был их духовный мир…

Мой муж предстал передо мной в каком-то новом свете. Почему он раньше не рассказывал мне ничего подобного? Наверное, потому, что, как и другие туземцы, считал нас более развитыми в духовном плане, более умными, и просто стеснялся говорить об этом. А впрочем, может быть, попросту не было случая… Не знаю. Как оказалось, я очень плохо знаю своего мужа… И это меня неожиданно порадовало. Значит, мне всегда будет интересно с ним.

А он тем временем продолжал:

– Я подумал, что Эйдо не откажет в моей просьбе. Ведь в нашем племени слишком много ойо – ну, женщин, девушек… Так что я просил его послать нам сына. И потом он пришел ко мне во сне, в окружении духов земли, и сказал, что он послал нам мальчика… Ну вот…

Гуг замолчал. Он, подложив одну руку себе под голову, а другую мне на живот, с легкой улыбкой смотрел в светлеющее небо. На его лице были написаны мечтательность, довольство и глубокое удовлетворение жизнью.

Я тоже молчала, думая на сказанными словами.