Второй год новой эры

Еще немного – и эти отношения между людьми и лошадьми станут достаточно интимными для того, чтобы вторые полностью покорились первым.

Одним словом, уходящая вода и зазеленевшая трава означали, что племя должно разделиться на три неравных части.

Одной части работниц (большинство «волчиц», еще не имеющих никакой квалификации) предстояло готовиться к полевым работам, которые начнутся тогда, когда из поймы окончательно уйдет вода. В основном это будут картофельное поле (вчетверо большее по площади, чем в прошлый раз) и огород, на котором Марина Витальевна собиралась высадить все разнообразие овощей, семена которых она прихватила собой в поход из будущего. Делянки с зерновыми и сопутствующими техническими культурами, разнесенные по разным концам сельскохозяйственных угодий, займут общую площадь чуть более полгектара. На этот год (как и на следующий) пшеницу, рожь, ячмень, гречиху овес и лен сеяли только ради получения массового посевного материала на последующие годы.

Вторая часть племени, квалифицированные строительные работницы прошлого года и специалистки лесопильного, кирпичного и гончарного производств должны были вспомнить немного подзабытые навыки и приступить к своей основной профессиональной деятельности. С этой целью Антон Игоревич уже осмотрел немного оплывший за зиму глиняный карьер и обжигательные печи и вынес вердикт, что карьер вполне пригоден к использованию, как и законсервированные капитальные печи, а вот времянки проще разбить и выкинуть, чем ремонтировать.

Андрей Викторович, тоже не забывший обязанностей начальника бригады лесорубов, наметил две новых просеки-аллеи. Одна – от Большого Дома на Холме в направлении среднего течения ручья Дальний и вторая – вверх по его течению к тому месту, где всю зиму простоял застрявший автобус французских школьников. Идея разобрать аппарат, чтобы использовать дефицитный металл, пластик, небьющиеся стекла и так далее, включая мощный дизельный мотор, не раз приходила в светлые головы вождей, но каждый раз они качали ими из-за того, что разборка автобуса и его доставка на промзону по частям на руках оказывалась слишком хлопотной, а для самых тяжелых и громоздких деталей и попросту невозможной. Также не представлялось возможным перекатить автобус на новое место на своих колесах по раскисшей от осенних дождей почве или глубокому зимнему снегу. Только летом, когда земля просохнет и станет достаточно твердой для того, чтобы в нее не проваливались колеса, появится теоретическая возможность транспортировки автобуса к месту его утилизации.