Новогодний Дозор

Поздравляю.

Рядом стоит мама. Она не напугана, но явно волнуется, молчит и поджимает губы. Странно, почему бы? Тетя совсем не страшная.

– Ты должна выбрать. Посмотри на столик и возьми что-то одно. Вещь, которая тебе больше всего нравится. Не торопись, подумай. К чему тебя сильнее тянет?

Мама показывает глазами на красный мячик, или кажется?

Сколько же тут бесполезной ерунды…

Маленькая девочка делает шаг вперед и уверенно берет в правую руку игрушечную ракету. Она теплая на ощупь и красивого серебристого цвета. Такого же, как блестящие штучки на тетиной одежде.

Мама почему-то резко отворачивается к окну. Ее плечи вздрагивают, будто ей холодно.

Тетя кивает. В уголках ее губ – сдержанная улыбка.

После начальной школы детей перемешали классами, и ты идешь по проходу между партами, прижимая киберпланшет к груди, немного растерянная, но ужасно гордая тем, что тебе уже исполнилось десять. На проекционном экране мерцает нечто, напоминающее приборную панель папиного кара, но только приборов и рукояток гораздо больше. Это кабина легкого истребителя «Хорнет», некоторое время назад снятого с вооружения, но ты пока не знаешь об этом. Вокруг галдят, усаживаясь, свободные места исчезают быстро, но ты не очень-то торопишься с выбором. С кем сядешь, с тем и придется делить парту весь год, это же понятно…

– Привет, – говорит, глядя на тебя, незнакомая девочка. Ты оглядываешься, но рядом никого нет. Она обращается к тебе. Ее глаза голубые, твои – карие, ее волосы белее снега, твои – черны, как ночь. Обоюдно выигрышный контраст, думаешь ты.

– Садись со мной, если хочешь, – продолжает она, – меня зовут Маша. Маша Самойлова, это моя фамилия, прикинь? Нас с этого класса будут звать по фамилиям, совсем как взрослых, ага? Глупость, фу-у-у. Я всегда была просто Маша, а теперь буду какая-то Са-мой-ло-ва. Ты толкай меня локтем, если я буду забывать откликаться на это…

– Привет, Маша, – говоришь ты, садясь, – меня зовут Анна. Анна Якшиянц.

– У тебя еще глупее фамилия! Шиянц какой-то. Подожди, это тебя хвалили на линейке, ты же круглая отличница? А мне восьмерку влепили по рисованию, прикинь, и из-за этого не все десятки. А зачем нам рисование, мы же будущие операторы, я так папе и сказала! А твой папа может разорвать мрыгга голыми руками? Нет? А вот мой – запросто!

Никто не может разорвать голыми руками двухметровую ящерицу в чешуе, твердой как сталь, и ты уверенно говоришь:

– Чушики!"

"– И ничего не чушики! – взвивается Маша, но в этот момент что-то происходит, и шум в классе стихает. Все смотрят вперед, где на фоне огней диковинной приборной доски стоит учитель, поднявший вверх правую руку в знак того, что он требует тишины.

Кисть руки тускло отливает металлом. Биопротез.