Новогодний Дозор

И вместе с тем – достаточно плотно нашпигованный следами деятельности этого разума. Да, да, люди отыскали первые следы чужих на пороге собственного дома – на Луне. И то и дело продолжали натыкаться на новые следы во многих уголках обжитого космоса. Чужие искусственные спутники, базы на планетах, лунах и астероидах, пустые космические корабли… Не то чтобы все это попадалось буквально на каждом шагу – нет. Но все же находка очередного брошенного поселения на очередной вновь открытой планете давно уже перестала быть сенсацией, хотя оставалась событием повышенной важности.

Вот этим-то нежданно свалившимся наследством неведомой расы и занимался космофлот. А заодно активно содействовал освоению новых планет, особенно на самых первых этапах колонизации, когда с непривычной биосферой зачастую велась самая настоящая война, со вполне реальными сражениями и потерями. В данный момент в состоянии вооруженной колонизации пребывали две планеты – Лорея и Дварция. Там-то и базировались гвардейские полки космофлота – соответственно Семеновский и Измайловский. На Дварции Виталий успел побывать, и покоряемый мир, надо сказать, произвел на него неизгладимое впечатление.

Остальные полки базировались на планетах, где первая фаза колонизации успешно завершилась и каждодневная война сменилась размеренной оккупацией: постреливать еще приходится, но линии фронта уже нет.

Кроме того, большое количество флотских и несметное множество общевойсковых частей было разбросано по космическим станциям, базам на непригодных к масштабной колонизации планетах и лунах, опорным космическим крепостям при шлюзах транспортных струн, промежуточным космодромам – словом, везде, куда ступила нога человека, решившего, что это место ему, человеку, жизненно необходимо.

Вместе с Виталием на курсе отучилось две тысячи человек (поступило больше, но до выпускных экзаменов дошло именно столько). На Лорею и Дварцию отобраться предстояло примерно двум десяткам. Одному проценту.

Во флот в целом – процентам пятнадцати – двадцати. Основную массу ждала служба в шурупах, однако всем было прекрасно известно, что хорошая сумма баллов весьма способствует зачислению во флот, но отнюдь не гарантирует это. С первой двадцаткой все было ясно; ниже двадцать пятого результата шансы наверняка отобраться в гвардию резко падали.

Угодить во флот смело мог надеяться любой, кто вошел в первую полутысячу, то есть четверть всего курса. Нередко во флоте оставались и несколько счастливцев с четырехзначным итоговым местом. В этом-то и заключалось выпускное шоу: надежды питали многие, и это были вполне обоснованные надежды, только шансы на счастливый исход у курсантов сильно разнились.