Новогодний Дозор

Девочка сидела на камне, спустив босые ноги в воду. Справа и слева от нее стояли два зеленых тазика, наполненные бельем. Девочка брала тряпки из правого тазика, нагибалась и подолгу полоскала их в ручье, поднимала и выкручивала. А затем укладывала в левый тазик. И при этом пела свою бесконечную песню.

Мне очень не хотелось этого делать, но я все-таки дал максимальное увеличение и стал ждать, пока она в очередной раз поднимет из воды руки в серебряных брызгах… Ни на одной руке у нее не было ИД. В карманах ИД не носят, но вдруг? Я вздохнул и запустил сканер. Сканер думал долго – несколько секунд. И уже было все понятно."

"Я снова дал максимальное приближение и перевел камеры на ее лицо. Наверно, она это почувствовала, потому что вдруг замерла и уставилась прямо на меня. У нее были тонкие брови, широкий носик и ослепительно зеленые глазищи. Я выехал из-за камней и подъехал к ручью. Нас теперь разделяло всего два-три метра. Девочка сидела неподвижно.

– Вакеф, в-ал'ана батуха', – старательно выговорил я в микрофон, включив динамик танкетки.

Девочка молча смотрела на меня, словно оцепенела. Я прямо чувствовал, как сейчас стучит ее сердце.

– Ты хочешь меня убить? – вдруг произнесла она на чистом английском.

– Н-нет… – выдавил я потрясенно, тоже на английском.

– Я просто стираю здесь белье, – сказала девочка.

– Я вижу…

Мы помолчали.

– Ты очень красиво поешь. Ты сама или тебя кто-то научил?

– Я училась в студии.

– У вас здесь разве бывают студии? – удивился я.

– Нет, – она покачала головой и вдруг улыбнулась. – Это было в Лондоне.

Я чувствовал, что совсем ничего не понимаю.

– Меня зовут Фарха, – сказала девочка. – А тебя как?

– Меня зовут Артур.

– Артур, – повторила девочка. – Красиво. А тебе сколько лет?

– Уже десять. А тебе?

– Мне тоже будет десять, – сказала она, – завтра.

Она нарочито медленно поднялась и вывалила белье из левого тазика обратно в правый. А затем выпрямилась и посмотрела на меня. У нее очень хорошо получалось скрывать испуг.

– Артур, можно я уйду? – спросила она тихо.

– Подожди! – закричал я. – Не уходи.

Девочка послушно села. Наступила тишина, и снова стало слышно, как трещат кузнечики. Затем вдруг ожил ИД на запястье, громко прозвенел и сообщил бесцветным голосом: «тетя Диана». Снова прозвенел, и опять: «тетя Диана». Я долго ждал, пока он успокоится, а он все не успокаивался.

– Тебе звонит тетя Диана, – сообщила девочка.

– Фарха, – позвал я. – Скажи, где твой ИД?

Она молча помотала головой.

– Ну, может, ты его оставила дома? – спросил я с надеждой.