Новогоднее чудо для миллиардера (СИ)

— Остудиться отправит вмиг!

Поднявшись с кресла, он с безобидным видом идет в нужном направлении, но потом вдруг останавливается возле меня, спросив хриплым шепотом:

— А что, если даже воспитательно-охлаждающие процедуры остыть не помогают?

Он смотрит. Просто смотрит, соблюдая дистанцию между нами. Руки в карманах домашних брюк, голова чуть склонена набок. Вид внешне расслабленный, но взгляд компенсирует все. Он просто бурлит и бурлит на меня.

Мое сердце с ума сходит. Давно не было, чтобы вот так… в небеса взмывало от одних лишь взглядов и намеков.

— Совсем не помогает? — спрашиваю тихо.

— Совсем.

Шаг ко мне. Небольшое движение в мою сторону, а для меня словно земные плиты сдвигаются и небо становится ближе. Небо в его глазах, небо в глазах дочки.

Почему они так похожи глазами? И я бы сказала, что это ерунда, но меня саму это внезапно взволновало!

Сомнения, мысли по кругу.

Еще этот жар магнетизма между нами.

Ведь я тоже остыть не могу. Только недавно себя убеждала, что Кравцов может оказаться мошенником обаятельным и стоит от него подальше держаться.

Но вот он вошел, сказал, окатил меня своим взглядом, от которого ноги подкашиваются, и мои мысли вылетели из головы, остались лишь таракашки, пускающие слюнки на этого мужчину.

Перетравить их немедленно! Всех…

— Алексей!

— Да?

Он близко. Черт побери… Еще ближе, чем за миг до этого. Его грудь почти касается моей, его дыхание щекочет мои волосы.

— Перестаньте меня соблазнять.

Он наклоняется и выдыхает мне на ушко:

— Ох, Нина… Хорошая девочка Нина!

Плотская усмешка такая осязаемая, полная взрослых желаний, что способна завести за доли секунды.

Его пальцы пробегаются вдоль моего позвоночника невесомо и замирают на талии.

— Ты уже дрожишь… Я ведь даже еще не пытался тебя соблазнить. Если бы пытался, результат не заставил себя долго ждать.

— Сердцеедом себя мнишь? Я могу дрожать от страха перед неизвестностью.

— Нет, не люблю их на вкус. Не забираю сердца девушек, оставляю их прекрасному и слабому полу.

“Очевидно, сердца остаются разбитыми!” — добавляю я мысленно.

Так вот, Нина… Нам с тобой эта беда ни к чему! Совсем…

— Отправляйся-ка мыть руки, Кравцов!

Стряхнув вожделение и чувство, что он меня околдовал, я первая сбегаю на кухню, а там… атмосфера знакомая и деловитая: ложки-поварешки, кастрюли. Я успокаиваюсь за привычными занятиями, разложив по тарелкам суп с макарошками.

Еще хлеб надо нарезать…"

"Я с энтузиазмом берусь за дело. При звуке шагов Кравцова и голосе дочурки, оповещающей, что Бозик пришел кушать и его нужно кормить немедленно, мой энтузиазм только возрастает.

Я лихо ножом орудую. Так кромсаю хлеб, будто стараюсь безжалостно собственные непрошенные симпатии к этому мужчине уничтожить! Порубить на кусочки.