Новое начало

Мы сели в кафе и, сделав заказ, я начала инструктировать маму.

— Я забронировала вам номер в неприметном отеле, но тебе придётся найти жильё обязательно в какой-нибудь глуши, — мама внимательно меня слушала. — Дай мне свою сумку, — она протянула небольшую дамскую сумочку. — Вот деньги, должно хватить на приличное время, — сказав это, положила пачку денег во внутренний карман сумки. — Я потом что-нибудь придумаю, ведь ты не можешь взять с собой больше десять тысяч долларов.

— Нам хватит, мы не так много тратим на двоих. А как же ты? У тебя хоть какие-то деньги есть? — я только что не хмыкнула: есть, да ещё сколько, только чужие. Или нет?

— Есть, мам, не волнуйся. И я тебя прошу: принимай регулярно таблетки, — строго на неё посмотрела.

— Буду… ты прошла через весь этот кошмар из-за меня, поэтому так просто не следить за здоровьем я не собираюсь, — она сказала это с давно забытой мною интонацией. Мама у меня всегда была сильна духом, позитивный живой человек, а потом….

«Объявляется посадка на самолёт Москва-Сочи…»

Как быстро время пролетело, хорошо, что успели поесть.

— Давай мам, пойдём к терминалу, — мы нехотя направились в нужную сторону.

Я целовала и изо всех сил сжимала Давида в своих объятиях: кто знает, когда мы увидимся. Маленький ничего не понимает, и слава богу, обняла маму, сдерживая слезы из последних сил. Проследила за тем, как они прошли контроль. Помахали ручками друг другу, и как только они скрылись за дверями, я дала волю эмоциям. С тяжёлым вздохом и болью в сердце я почувствовала, как по щекам потекли солёные ручейки.

С пеленой на глазах я направилась к выходу из аэропорта и застыла в паре метров от дверей. Прямо передо мной со спрятанными в карманы брюк руками, с глазами, которые метали молнии, стоял в напряжённой позе сам Господин Орлов.

«Ну что же, Марк, давай, возьми меня, свяжи, закрой где-нибудь в подвале — я готова. Главное, что я обезопасила свою семью. Я сегодня перешла черту, но тебе никогда не понять причины.»

Гнал автомобиль с бешеной скоростью, а в голове крутилась только одна мысль: «не дать ей ускользнуть». И дело не в деньгах: похрен на эти пятьдесят тысяч. Я не могу, я просто не готов отпустить её от себя. Она нужна мне рядом, и мне абсолютно плевать, согласна она или нет. Надо будет — света белого не увидит, пока не смирится с тем, что она моя.

В аэропорт влетел, запыхался и, не замечая никого вокруг, чуть не сбил кого-то в дверях. Недалеко от входа меня остановил за локоть какой-то мужик.

— Андреевич, — обратился ко мне мужчина, и я понял, что это Виталик.

— Где она? — это единственное, что меня волнует.

— У терминала, она никуда не летит, — понял мужик, что должен меня успокоить. — Она купила два билета в Сочи для женщины и мальчика.