Новобрачная

 – Насколько я понимаю, это и мой дом тоже, а стало быть, я могу вешать на стены все, что мне захочется.

– Нет, – твердо заявил Алек.

Джейми и отец Мердок недовольно посмотрели на него. Гавин и Маркус продолжали улыбаться. Джейми повернулась к мужу спиной.

– Отец Мердок, помогите мне перетащить этот стульчик, – попросила она и через плечо бросила мужу: – Это тоже запрещается, Алек?

Священник внимательно посмотрел на указанный предмет мебели и с сомнением покачал головой.

– Под сиденьем какие-то изогнутые палки, – заметил он. – По-моему, этот стул сломан.

– Это стульчик, который качается взад-вперед, – терпеливо разъяснила Джейми.

Брови священника от удивления поползли вверх.

– Я знаю, – сказала Джейми, – в это трудно поверить, но вы можете испытать его сами, отец.

– Как-нибудь в другой раз, – поспешно ответил отец Мердок, отступая подальше от страшного стула.

Алек, нахмурившись, наблюдал за этой сценой. Внезапно он молча поднял стул, быстрым шагом пересек зал и поставил его у камина, стараясь при этом не смотреть на безобразное лицо Вильгельма, злорадно улыбающегося ему с портрета."

"– Вот. Теперь ты счастлива, жена? – спросил Алек.

Эти слова прозвучали одновременно с вопросом отца Мердока, который поинтересовался, почему у стула такое широкое сиденье.

– Это очень удобно, – ответила Джейми. – После ужина папа садился на него, брал на колени моих сестер и рассказывал им чудесные сказки, – объяснила Джейми, сияя улыбкой.

Ее голос, нежный и печальный, тронул Алека. Сколько в нем было доброты и заботы!

«Но где же сидела Джейми? – подумал он. – Почему она ничего не говорит о себе?»

Алек пальцем поманил жену.

Джейми подошла к мужу и, подняв на него глаза, смиренно ожидала вопроса.

– А где сидела ты? – поинтересовался Алек. – На одном колене с Мери или с кем-нибудь из близнецов?

Алек представил себе четырех маленьких девочек, сидящих на коленях отца в ожидании сказки на сон грядущий, и невольно улыбнулся. Близнецы, конечно же, плакали, Мери, как всегда, жаловалась, а Джейми утешала всех троих.

– Элеонор и Мери сидели на одном колене, а близнецы на другом, – ответила Джейми.

– Кто такая Элеонор?

– Самая старшая из сестер, – объяснила Джейми. – Она умерла, когда мне было семь лет. Алек, почему ты опять хмуришься? Я что-нибудь не так сказала?

– Ты, как всегда, ушла от прямого ответа. – Алек уже стал догадываться, в чем дело, но хотел, чтобы жена подтвердила его догадку.

– Я спросил тебя, где сидела ты?

– Нигде, – ответила Джейми. – Обычно я стояла за спиной у папы или где-нибудь в сторонке. Но почему тебя это интересует, Алек? Неужели это так важно?

Алеку это было совсем не важно, но он понимал, как это было важно для самой Джейми.