Новик

 — Вспомни смотр. Ты видел СКОЛЬКО воинов не имело ни брони, ни коня. Это — по обычаю? Не так ли?

— Судьба бывает суровой.

— К черту судьбу! Мы стоим здесь — на самом переднем крае нашей державы. И мы ее должны защищать. Разве можно держаться супротив татар с голыми руками? Они ведь прошлым годом прошли сквозь наш полк, как раскаленный нож через коровье масло. Даже не испытав затруднений. А город выстоял лишь за счет высоких стен, иначе бы и Тулу разгромили всю до самого донышка.

— Татар много.

— Татар много. Это верно, — произнес Андрей. — Но это их грех, как ты говоришь. Наш же грех в том, что мы не готовы. А почему не готовы? Потому что воины наши нищие. Потому что вместо того, чтобы упражняться в воинском ремесле вынуждены рыскать по округе и поисках поживы. Где от голода, где от того, чтобы обеспечить себе выход на смотр. И не в поход, а на смотр. Сколько лошадей в нашем полку заемных? Ну?

— Такова жизнь… — недовольно скривившись, ответил дядька Кондрат.

— Таков обычай. Не так ли?

— Чего ты хочешь добиться?

— Я хочу, чтобы от меня отстали и позволили просто служить. Честно и спокойно. Чтобы я знал твердо, что вот тут друзья, а там — враги и наше дело правое. А не как сейчас. Те двое, что шли с разбойниками… это ведь поместные дворяне с какого-то другого полка. И они тут не просто так оказались. Ты понимаешь, что это означается?

— Ты взбаламутил опасное болото.

— Пусть так, — кивнул Андрей. — Но не я это болото создавал. Не я пренебрегал царевой службой, чтобы грабить своих боевых товарищей ради мелочных интересов.

— Поосторожнее со словами!

— А зачем ты здесь? Ты ведь тоже недоволен мной.

— Твой отец не раз спасал мою жизнь. Я не могу тебя оставить.

— А они? — кивнул Андрей, на внимательно слушающих их разговор двух поместных дворян, что пришли с дядькой Кондратом.

— Мы трое — последние из той, старой десятки, в которой начинал твой отец. В этом году многие погибли. Каждый из нас от пяти до семи лет с ним в походы ходил. И мы не хотим, чтобы ты — его сын, бесславно сгинул. Ты ведь понимаешь, что эти разбойники тут не спроста?

— А ты думаешь, что я крепостицу начал строить просто так?

— Проклятье! — воскликнул Федот.

— Спокойно, — поднял руку дядька Кондрат.

— Вы ведь пришли не мне помогать… — покачав головой произнес Андрей и положил руку на эфес.

— Мы, — усмехнувшись ответил Кондрат, — наверное единственные во всем полку городовом, кого ты можешь назвать друзьями.

— Тогда зачем вы здесь?

— В Туле ходят слухи, что ты не доживешь до следующего смотра.

— У нас никого не осталось из близких. — хмуро произнес Аким. — Все преставились. Кто-то от боя смертного, а кто и от мора какого. А ты сын нашего друга.

— И мы решили поучаствовать в этой заварушке. — закончил мысль Кондрат.