Новенький

— Я не знала, что она его любит, — говорю с досадой.

— Ну как это не знала, Сонь? Лиля же ему в рот заглядывает и смотрит, как на божество. Только слепой может этого не заметить.

— То есть, Никита знает о ее чувствах?

— Мне кажется, нет. Но мужчины же в принципе тугодумы. Им пока прямым текстом не скажешь, они не догадаются.

На несколько мгновений в комнате воцаряется тишина. С первого этажа доносится музыка и смех. Там совсем никто спать не собирается, что ли?

— А где, кстати, Лиля? — спохватывается Ульяна. — И откуда ты узнала, что она любит Никиту?

— Лиля уехала домой, мы поругались.

Глаза Ульяны округляются в удивлении.

— Из-за Никиты поругались?

Мне не хочется рассказывать Ульяне правду. По крайней мере пока я не поговорю нормально с Никитой. Разговор предстоит тяжелый.

— А из-за чего тогда? — не унимается.

— Из-за нашего вчерашнего расставания с Ником, — сочиняю на ходу. — Лиля стала его защищать…

— Ааа, так Лиля всегда защищает Никиту, — машет рукой и поднимается с кровати. — Ладно, я тоже в душ, пока там не занято, и ляжем спать.

Ульяна выходит из комнаты, а я, оставшись одна, достаю из сумочки мобильник и вижу на экране подряд сообщения от Димы с вопросами, где я.

Улыбаюсь и печатаю ему:

Закусываю губу в предвкушении.

От этих слов меня резко бросает в жар. Воображение тут же подкидывает картину нас с Димой в одной кровати, от чего в животе начинают порхать бабочки.

Мы флиртуем еще минут десять. От каждого игривого сообщения Димы меня вгоняет в краску. Когда Ульяна возвращается в комнату, я прячу телефон и даже для вида снимаю одежду, типа я тоже собралась спать. Через полчаса подруга отправляется в царство Морфея, тогда я тихонечко одеваюсь и выхожу из комнаты. В коридоре уже открыты двери в несколько спален и горит свет. Половина гостей начала готовиться ко сну.

Оглянувшись по сторонам, проскальзываю к лестнице и взбегаю на третий этаж, куда Полежаева поселила Диму. Дохожу до последней двери и тихо стучу. Соболев сразу открывает и, схватив меня за талию, быстро затаскивает в комнату.

— Ну привет, Белоснежка, — закрывает дверь на замок и тушит свет. — Я уже соскучился.

Он не даёт мне ответить, потому что приникает к моим губам. Я с удовольствием отвечаю на поцелуй и обнимаю его сильное тело.

«Почему я так таю в его руках? Как это вообще могло со мной произойти? С Никитой такого не было», возникают мысли на задворках сознания.

Дима прерывает поцелуй и тянет меня за руку к мягкому креслу у кровати. Опускается в него, а меня усаживает к себе на колени. Я забрасываю ноги на подлокотник и обвиваю Диму за шею.

Мы молчим, просто рассматривая друг друга. В окно проникает свет от уличного фонаря, так что в комнате все видно. Я вожу подушечками пальцев по Диминому лицу. На его щеках едва ощутимая щетина.