Далекие странники (перевод новеллы)

Дух Земли так взъярился, словно повстречал убийцу своего отца.

— Тебе хватает наглости показываться на людях, Цао Вэйнин?! — гневно осведомился Фэн Сяофэн. — Эй, глава Мо! Так-то ты наставляешь молодёжь? Твой ученик спутался с девкой из шайки разбойников и сам к ним примкнул!

Цао Вэйнин застыл на месте с мыслью: «Всё пропало». Лицо Мо Хуайяна потемнело от прилившей крови, когда он обратил взгляд на внезапно объявившегося ученика.

— Как это понимать? Где тебя носило?

— Шифу, я задержался, потому что встретил знакомых из Наньцзяна, — почтительно ответил Цао Вэйнин. — Я помогал им справиться со стаей чёрных шаманок и случайно отстал от шишу. Я не знал, что вы отправились сюда вместе с остальными, мне просто был нужен Е Ба… герой Е. И вдруг всё так удачно сложилось!

Цао Вэйнин не лгал, поэтому выглядел спокойно и говорил складно, хотя и утаил часть правды. Отыскав глазами Е Байи, он обхватил ладонью кулак, почтительно поклонился и сообщил:

— Герой Е! Этот скромный младший послан к вам с просьбой.

Е Байи удостоил его взглядом.

— Кем послан? Что за просьба?

— Один друг серьёзно ранен. Ему необходимо лечение в очень холодном месте, и он хотел бы с вашего разрешения подняться на священную гору Чанмин.

Е Байи на мгновение замер от удивления, а затем небрежно ответил:

— Передай этому другу — пусть делает, что хочет. У подножия горы лежит деревня Чанмин. За ней начинается дорога, которая ведёт до середины подъёма. Я живу выше, у самого пика. Если ваши навыки позволят туда вскарабкаться, милости прошу.

Цао Вэйнин знал, что Гу Сян всё слышала, значит, одну задачу они выполнили.

— Большое спасибо, — поблагодарил он, склонив голову.

Е Байи кивнул и, словно внезапно заскучав, молча поворотил лошадь, чтобы покинуть толпу, увлечённую поиском правых и виноватых. Мо Хуайян оглянулся на Чжао Цзина, понимая, что противоречия остались неразрешёнными. Быстро обдумав ситуацию, он заступил дорогу Е Байи.

— Герой Е, я не понимаю тебя! — воскликнул он. — Неужели ты можешь просто взять и уехать?

Е Байи бросил на Мо Хуайяна равнодушный взгляд.

— Что тебе непонятно? Я всё объяснил так, чтобы дошло до последнего идиота. Не вижу смысла дальше терять с вами время. Чжао Цзин, определённо, не представляет собой ничего хорошего. Что же до тебя… — жёсткий рот Е Байи тронула высокомерная улыбка, и он отчеканил бесстрастно, словно оживший мертвец: — Ты вообще ничего из себя не представляешь.

У Мо Хуайяна дёрнулся глаз. Немыслимо, но Чжао Цзин, уже загнанный в угол обвинениями Е Байи, опять вышел сухим из воды! На этот раз по вине Цао Вэйнина."

"Вздохнув с облегчением, Мечник Цюшань приосанился и обратился к толпе.