Далекие странники (перевод новеллы)

Чжоу Цзышу не смог бы ответить, почему не стал избегать прикосновения, а продолжил сидеть, покачивая в руке полупустую флягу с вином. Вэнь Кэсин окинул взглядом его измождённую грудь, такую же костлявую, как и пальцы. Увидев самый верхний гвоздь, глаза Вэнь Кэсина коротко блеснули, затем он глубоко вздохнул и осторожно запахнул ворот Чжоу Цзышу."

"Они так и сидели плечом к плечу, не находя друг для друга слов. Только спустя долгое время Вэнь Кэсин решился нарушить молчание:

— Знаешь, после стольких лет поисков, я наконец встретил того, кто мне действительно нравится и подходит характером. Не мог бы ты не умирать ради меня?

— Разве это вопрос выбора? — откликнулся Чжоу Цзышу.

У Вэнь Кэсина не было ответа. Переведя дыхание, он отвернулся от Чжоу Цзышу, словно не желал более на него смотреть, и сосредоточился на Чжан Чэнлине. Мальчишка всё ещё ковылял по двору, напоминая несмышлёныша, который учится ходить, притом весьма коряво. Вэнь Кэсин лениво подобрал с земли несколько камешков, щёлкнул одним и попал мальчишке по заднице.

— Эй, негодник! Вся боевая наука сводится к одному слову: скорость. Ты так плетёшься, будто вышиваешь цветы ногами, а не практикуешь цингун! Последовательность шагов — лишь теория. Даже шарлатаны, якобы изгоняющие духов, заучивают движения для своих плясок.[319] Неважно, насколько хорошо ты запомнил шаги, если ползёшь, как улитка!

Чжан Чэнлин почувствовал себя несправедливо обиженным. Эти двое мало того, что расходились в мнении о практике циркуляции ци, оказалось, что и к цингуну у них разный подход! Жить так было невозможно. С одной стороны, Вэнь Кэсин продолжал кричать «Быстрее!», то и дело подгоняя камнями. С другой стороны, Чжоу Цзышу, хотя и молчал, но внимательно следил за шагами Чжан Чэнлина в хищном ожидании малейшего повода, чтобы переломать ученику конечности… Ночь выдалась просто ужасной.

Украдкой вздыхая, Чжан Чэнлин вдруг вспомнил, что никогда не стремился стать каким-то там мастером кунг-фу. Если бы не ужасная трагедия и гибель родных, Чжан Чэнлин однажды открыл бы кондитерскую. Тогда он мог бы содержать семью и оказывать должное почтение родителям, а также целыми днями развлекать гостей и друзей. Раньше Чжан Чэнлин не осмеливался заикаться о таких мечтах, а теперь ему и вовсе страшно было помыслить о них.

Поутру Е Байи заказал себе на завтрак восемь паровых пирожков с начинкой и две огромные миски рисовой каши. Пока Чжоу Цзышу и остальные подумывали, не пересесть ли за другой стол, старый обжора расправился с горой еды и объявил, что наконец-то готов отвести их в горы: он придумал, как обезвредить ловушки вокруг поместья Марионеток.

Примечание к части

∾ «手无缚鸡之力» — досл. «в руках нет силы, чтобы связать курицу».