Бог снимает маски, или Новая Элизабет Джонсон (СИ)

Знать бы еще, как она выглядит!

Аманда снова посмотрела на женщину в маске, и в ней зажглось еще большее нездоровое любопытство, подначенное обидой и неприятием. Как только они улягутся на ночлег, она постарается сорвать с нее этот маскарад и посмотреть в глаза той, которая недостойна и мизинца дорогого Малыша!..

Глава 43. Странные видения. Или реальность?

Костер потрескивает в ночи, посылая слабое тепло в тела измученных путников.

Луису удалось поймать нескольких сусликов, и все трое нормально поужинали. С водой было хуже: ее в прихваченной из лагеря фляге было очень мало.

- Через день мы должны подойти к реке, - спрогнозировал Луис. Бетти попыталась улечься на землю, но он привлек ее к себе, резким движением снял маску с лица и заставил ее просто лечь на себя, уткнувшись носом в его одежду.

- Тебе нужно свободно дышать, - прошептал он. – А еще лучше прекратить эти ненужные тайны…

Бетти вяло кивнула, но больше ничего не сказала.

Аманда смотрела на них мрачно, но была слишком уставшей, чтобы начать снова возмущаться. На неё начала наваливаться дремота, веки смыкались, а тело хоть и вздрагивало от напряжения, но медленно погружалось в сон.

Сперва к Аманде пришло успокоение и расслабленность, но потом толчок в плечо заставил ее вскочить. Ночь еще не прошла, огонь почти затух, но рядом, прямо около нее, стоял… отец!

- Папа! – изумленно прошептала девушка. – Это ты???

Она поднялась и, шатаясь, потянулась к нему. Он тоже шагнул навстречу, но, когда Аманда увидела его лицо, всё внутри у нее опустилось.

Аллан Паркер был однозначно огорчен. Изможденное лицо выражало боль и обиду.

- Папа! Ты… не простил меня? – прошептала Аманда болезненно. – Я пришла извиниться и помочь тебе!

- Уже поздно, - проговорил Аллан глухим голосом. – Я уже не могу простить тебя…

На Аманду навалилось отчаяние, слезы потекли по исхудавшим щекам."

"- Нет, папа! Ты любишь Бога! А значит ты всегда сможешь простить! – запротестовала она.

- Да что ты об этом знаешь??? – воскликнул миссионер с болью. – Ты отвергла и меня, и Господа, поэтому не тебе меня учить!

С этими словами Аллан Паркер развернулся и пошел прочь в темноту.

Аманда горько зарыдала, а потом начала искать глазами своих путников.

Первым она увидела Луиса. Он стоял во весь рост, а около него находился еще один индеец – уже немолодой, но крепкий и невозмутимый.

- Отец? – слабым от волнения голосом пробормотал Луис. - Это ты??? Ты жив!!!

- Как ты мог отказаться от своего имени??? – вдруг послышался упрек в его сторону. – Ты отверг имя, которое я тебе дал, поэтому ты больше не мой сын!!!

Аманда задержала дыхание, даже отвлекшись от своей собственной трагедии. Она смутно осознавала, что индейцы разговаривают не на английском, а на наречии апачей, но удивительным образом девушка понимала их.