Terra Nova. Строго на юг

Нахожу глазами возвращающуюся из дамской комнаты Ичасо как раз вовремя, чтобы увидеть, как к ней подкатывает какой-то хмырь. Судя по жестам, приглашает танцевать. Моя басконка (ну, условно моя, конечно, но все-таки) отрицательно машет головой, хмырь проявляет настойчивость, девушка пренебрежительно отмахивается и идет к нашему столику. А хмырь, что интересно, за ней. Ну-ну.

Ичасо садится, хмырь на секунду замирает, явно оценивая помеху в моем лице. Ну а я соответственно оцениваю его.

Неопределенный возраст, от тридцати до пятидесяти. Худая, угловатая физиономия, длинный острый нос, светлые волосы, длинные и прямые. Черные брюки, светлая рубашка с длинным рукавом, кобуры под ней не видно… ага, а левая кисть-то у него забита. Не могу отсюда понять, зоновскими партаками или просто татуировками, но вообще типаж типичного урки с просторов «одной шестой». Есть какая-то… дерганость, что ли.

Хмырь подошел вплотную к столику и на смеси жестов и ломаного английского («вонт дансинг виз ю»[20], ага) пытается пригласить Ичасо на танец. Блин, ну это уже явная наглость."

"– Уважаемый, девушка не хочет.

Хмырь радостно всплескивает руками. Ага, точно, партаки на руке.

– Братан, да не вопрос, че. Откуда сам? Я из Читы.

Упс. Зря я на русском ответил.

– Из Москвы.

На лице хмыря проскользнула непонятная гримаса.

– Масква… Че, мы тут с пацанами, тоже с дамами отдыхаем, вон там. – Он кивнул куда-то в сторону. Ага, вижу – столиков через пять-шесть от нас, у стены, в отдельной кабинке на диванах развалилось с полдюжины таких же, в рубашечках, и четыре «дамы» откровенно шалавистого вида.

– …к нам, поговорим. Земляку всегда рады.

Ага. Твои «земляки» в овраге лошадь доедают.

– Давай в другой раз. Сегодня с девушкой вечер провожу.

– Так и даму с собой бери, че. Выпьем, обсудим, че-кавэ…

Вот же прикопался.

– Не, дружище, в другой раз.

– Ну смотри…

Хмырь кивнул на прощание и отчалил. Наконец-то.

Ичасо, до этого невозмутимо наблюдавшая за непонятной ей беседой, поинтересовалась:

– Что это за злой клоун?

С максимально беззаботной физиономией отмахиваюсь:

– Да вот именно что «злой клоун». Местный русский криминал. Звали присоединиться к их пьянке.

Басконка покачала головой:

– Не стоит. На редкость мерзкий тип, у него это на лбу написано.

Да уж сам заметил, хе-хе.

– Ну вот я и отказался.

– У тебя нет проблем с Рашенз?

– Нет, я с ними вообще не общался. Ладно, черт с ними, ни к чему на обсуждение этих уродов время тратить.

Девушка с готовностью кивнула:

– Правильно, время тратить мы не будем. Пойдем лучше танцевать!

Смущенно развожу руками:

– Танцор из меня неважный. Это если очень мягко говорить.

– Ну вот и потренируешься. Все равно придется – я танцевать люблю! Или я буду танцевать с кем-то другим…

Вот это она зря.