Ноттингем

– Потому что все парни – идиоты, которые готовы расстаться с тобой из-за того, что ты отказываешься с ними спать или пихать их необрезанный член в свою глотку. – Взяв поднос, Ви поднимается и быстро уходит.

– Мы расстались не из-за этого! – кричит ей вслед Уилл. – Я вообще с тобой не расставался, это ты меня бросила! – Откинувшись на спинку стула, он смотрит на друзей. – Это ведь не из-за того, что я необрезанный?

И почему я решила, что последний год в старшей школе будет особенным и наполненным светлой грустью? Все как и прежде.

– Надо поговорить, – бросаю я Каллуму перед тем, как встать. – За трибунами перед тренировкой.

Он кивает и даже не язвит в ответ.

* * *В раздевалке перед тренировкой девочки бурно обсуждают новые фото Тимоти Шаламе и то, какие парни идиоты. Все, кроме Тимоти, разумеется. Я участвую в разговоре вполсилы, вытаскивая вещи из локера, потому что большая часть моих мыслей петляет вокруг предстоящего разговора с Каллумом.

На улице сегодня прохладно, поэтому я выбираю лосины и накидываю бомбер поверх спортивного топа. Завязываю волосы в низкий хвост, пряча за прядями оттопыренные уши. Захлопнув локер, застегиваю кнопки на бомбере и выхожу на улицу.

Стадион наполняется учениками. Футбольная команда потихоньку собирается на поле для тренировки, а на старте беговых дорожек разминаются марафонцы. Думаю, если бы не чирлидинг, я бы выбрала бег. Мне до жути нравится, как во время нагрузок мышцы горят от напряжения, и легкие плавятся, а потом открывается второе дыхание и новый прилив сил берется из ниоткуда, словно ты обрел суперспособность.

Я подхожу к трибунам сбоку и, нагнув голову, переступаю через один из металлических прутьев, удерживающих конструкцию. Воздух здесь, как и всегда, пахнет железом и пылью. Солнечные лучи падают сквозь ряды сидений над головой, разбрасывая пятна света по земле.

Каллум уже ждет меня на нашем месте в глубине трибун. На нем сине-белая форма с номером «04» и защитная экипировка. Меня злит, что одетый в форму Каллум Брайт все еще находится в моем списке привлекательных картин. Он объективно слишком хорош собой. Конечно, не так хорош, как Сойер. К тому же Каллум ниже Сойера на полфута, хотя плечи у него шире.

– Как всегда, заставляешь себя ждать.

Остановившись в шаге от парня, я скрещиваю руки на груди. Мой серьезный вид заставляет Каллума улыбнуться. Подняв руку, он обхватывает ладонью железную перекладину и оглядывает меня с головы до ног, задерживая внимание на прилегающих к бедрам лосинах.

– Перейдем сразу к делу, – говорю я. – Ты рассказал Сойеру о том, из-за чего мы расстались?

Сжав челюсть, Брайт коротко качает головой.

– Мне казалось, что ты хочешь поговорить о месте капитана.

– Так сказал или нет?

На его лицо возвращается наглая ухмылка.