Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

Обстановка для серьезной беседы никак не складывалась.

«Детей фактически воспитывает бабушка Люда, – решил я. – Валерию Юрьевичу отвели роль отца-созерцателя. Он не самостоятельный субъект. Судя по всему, сын адвоката – рохля, которым понукают все, кому не лень: теща, жена, мать. Есть такая порода мужчин, которые всегда остаются в стороне от принятия решений и ни на что не влияют».

Поставив картошку вариться, Людмила Васильевна налила нам чай, присела за стол.

– Ребятишки часто у вас бывают? – спросил я, кивая в сторону зала.

– Каждый день. – Людмила Васильевна даже удивилась такому странному вопросу. – Скажу по секрету, разве Эльвира их чему-то хорошему научит? Вы у них были? Там как в концлагере: шаг влево-вправо – расстрел. Я говорила Валере: «Не женись на ней! Она с годами станет такая же, как ее мать». Нет, не послушался. Думал, там, у тещи, ему все будет медом намазано, а вот выкусил фиг! Я Эльвиру много лет знаю, мы лет двадцать в одном подъезде живем. Она двуличная: на людях радушная хозяйка, а как дверь захлопнется, так все должны по струнке ходить.

– Что-то я особого радушия у Эльвиры Карловны не заметил, – вставил я.

– Это значит, что вы хороший человек. Я давно заметила: если Эльвире кто-то не нравится, то это порядочный человек. Дочка у нее такая же: в лицо улыбается, а сама фигу в кармане держит.

– Людмила Васильевна, как вы думаете, куда мог пропасть ваш муж?

Ответить она не успела. В зале что-то грохнулось на пол, послышался детский плач, бабушка Люда, бросив меня, рванула на помощь детям.

– Славик, как ты мог со стула упасть? – запричитала Людмила Васильевна. – Леночка, ты-то что заревела, не ты же упала. Славик, ты больно ударился?"

"– Я испугалась, – сквозь слезы жалобно пролепетала внучка. – Это все он, баба! Я ему говорила, чтобы не крутился, а он специально стал на стуле раскачиваться. Он в садике так же делает.

«С Людмилой Васильевной мне надо было встретиться у нее на работе, – запоздало подумал я. – Дома у адвоката каждый вечер внуки, и им посвящено все внимание. Толком здесь не поговорить».

Успокоив детей, Людмила Васильевна вернулась ко мне.

– Я думаю, – продолжила она прерванный разговор, – что мужа уже нет в живых. В его участие в вооруженном нападении я не верю. Не такой он человек, чтобы чужую кровь проливать. Да и зачем? В деньгах мы особенно не нуждались, на жизнь хватало. Машина, мичуринский участок, японский телевизор – что еще надо? Звезд с неба? Дети уже взрослые, живут самостоятельно.

– Простите за нескромный вопрос: у вашего мужа не было увлечений на стороне?

– С другой женщиной? – Людмила Васильевна сделала скептическую мину. – Не знаю, я как-то об это не задумывалась. Юра не давал мне повода для ревности… Вряд ли у него кто-то был.